Злопамятный

Она не слишком вслушивалась в болтовню миссис Фитцджеральд, которая, казалось, пребывала в экстазе от самой себя и своего огромного старого домища. Конечно, это было великолепное строение, даже она оценила его красоту и роскошь, но дом воспринимался как памятник истории, а не как место, где можно почувствовать домашний уют.  Лондонский особняк О’Ши был не в пример современнее, благодаря изменениям, которые произвела ее мать, когда вышла замуж за отца, хотя и был очень элегантным. Зря Кьяра считала, что их дом неуютный.

По сравнению с музеем Фитцджеральдов, разница была очевидна.

– У Вас просто великолепное поместье! – восхищалась Луиза, идя рядом с хозяйкой. – Я обожаю барокко!

«Какое счастье, что папа запретил Луизе что-либо менять в нашем доме!» – подумала Кьяра, боясь даже представить, во что могла превратить их дом мачеха, не отличающаяся тонким вкусом.

Хелен благосклонно улыбнулась. Все полчаса, что они ходили по дому, сестры О’Ши активно делали вид, что их очень интересуют шелковые обои и китайский комод, шторы, пошитые во французском модном доме, названия которого они никогда даже не слышали и все-все, что старательно рассказывала им будущая свекровь Амелии.

Молчание девушек было воспринято, как хорошие манеры, миссис Фитцджеральд даже не преминула восхититься их  прекрасным воспитанием, на что Луиза рассыпалась в благодарностях, будто это была ее заслуга.

Когда им  наконец-то показали их комнаты и оставили одних, Кьяра уже порядком утомилась и тут же рухнула на кровать и, сама не заметив как, уснула.

Разбудила ее Амелия, тряся за плечо.

– Кьяра, вставай немедленно! До ужина десять минут, а ты еще не одета.

Девушка вскочила с кровати, как только слова сестры дошли до ее сознания.

– Черт, как же так!?

Побежав в ванную, Кьяра быстро умылась и понимая, что на макияж времени уже нет,  просто мазнула губной помадой по губам, а также накрасила ресницы тушью. Амелия уже достала из гардероба ее платье. Идеальное платье для леди, как и хотел отец – скромное, французской длины, из кружева светло-розового цвета.

Оно плотно легло по фигуре, но грудь и спина были прикрыты, так что замечаний быть не должно.

– С волосами что делать? – в панике воскликнула она.

Прическа Амелии лежала волосок к волоску, кокетливый пучок из локонов, делающий ее лицо еще милее.

– Садись, я знаю, – ответила она, усаживая Кьяру за туалетный столик.

Амелия собрала ее длинные волосы в ракушку за две минуты, скрепив несколькими шпильками.