На грани развода. Вернуть любовь

Семейный вечер зарядил положительными эмоциями.

Но засыпаю я одна, потому что Глеб слишком долго собирается ко сну. Сначала дела, потом душ, потом еще час он словно исчезает на кухне. Отчаявшись его дождаться, засыпаю. А потом просыпаюсь от того, что он утягивает меня, сонную, в свои горячие объятия. Нежно гладит по всему телу, обжигает горячим дыханием кожу и пробуждает чувственный всплеск. Всегда так реагирую на него. С одного касания. Порой даже взгляда. Влюблена в собственного мужа как девчонка. Судя по его взгляду, это взаимно.

– Ксюша-а-а… – тянет он мое имя, увлекая в водоворот страсти.

И надуманные страхи растворяются. Наверное, я придумала наше отчуждение. Мы просто много работаем, просто устали. А я слишком многого от него хочу.

– Мир? – говорит он спустя время, и я приподнимаюсь на локте.

– Мир?.. А разве мы ругались?

– Кто-то психанул и бросил сегодня трубку, – подмигивает, лежа с заложенными за голову руками на спине.

– Ничего не знаю, я трубку не бросала, у меня и трубки в машине нет.

Я уютно устраиваюсь под боком и заглядываю ему в глаза, запрокинув голову. Двумя пальцами делаю шагающего человечка на груди Глеба и с озорной улыбкой подбираюсь к его лицу и хватаю пальцами за нос, он ловит мою руку, смеется и целует в ладонь.

– Значит, это другая сварливая жена устроила мне сегодня разнос.

– Ну, Глеб, я не сварливая! – тычу его в грудь кулачком. Несильно, бью понарошку.

– Ладно-ладно, ты идеальная! – сдается, поднимая руки вверх.

– То-то же! – усмехаюсь я и, довольная и счастливая, поерзав, устраиваюсь в его объятиях.

– Ксюш, работы будет меньше, обещаю, сейчас просто такой период.

– Да я все понимаю, правда, ты на меня не обращай внимания.

– Как же не обращать? Ты меня чуть взглядом не убила, когда ноутбук взял сегодня.

– Неправда, ты меня демонизируешь! – тычу его в бок, чтобы не делал из любимой жены мегеру.

– Ладно, будем считать, что я это выдумал.

– Конечно, ведь я – ангел!

На этой ноте проваливаюсь в безмятежный сон, а потом, уже глубокой ночью, не понимаю, что меня разбудило. В темноте, спросонья не соображу, что происходит, а потом вижу спину Глеба, уткнувшегося в телефон. Он светится голубым.

– Кто это? – хрипло спрашиваю, заметив время на циферблате часов на стене.

– Ошиблись номером, – буркнув, Глеб укладывается обратно, а я фиксирую увиденные цифры.