Нелюбимая жена

«Святоша Ляля», как с толикой зависти называла ее моя вредная девочка.

Жаль ли мне ее? Нет, не жаль. Меня не впечатляют безвольные тряпки, маскирующиеся под благородные личности. У Лейлы есть выбор. Она может наотрез отказаться выйти за меня, сбежать из дома, как та же Мира. Если же позволит надавить на себя – то и вина в этом лежит на ней. Не нужно быть вечной жертвой и терпилой.

Тем не менее, я надеюсь, что она не решится пойти против семьи. Плевать на мнение людей, я в первую очередь хочу жениться назло Мире – девушке, давшей мне надежду и безжалостно разбившей ее.

Потому что я, мать ее, все еще горю от любви к ней! Дышать больно, грудь распирает, а глаза горят от глупых слез, но не могу вывести ее из себя, даже, несмотря на предательство!

Самира…

Вредная моя девочка…

Ты еще пожалеешь об этом! Пожалеешь, потому что, вернувшись домой, увидишь, что я дал твоей кузине то, в чем отказал тебе.

Ты хотела учиться? Работать?

Я считал это неприемлемым для своей жены, но только из-за тебя сделаю исключение.

Лейла пойдет учиться туда, куда захочет, и работать будет обязательно. Чтобы ты увидела, что она живет той жизнью, о которой ты мечтала, с тем мужчиной, который должен был быть твоим, и пожалела. Чтобы ты все локти себе искусала и умылась слезами, зная, что совершила самую большую ошибку в своей жизни. Потому что такого, как я, тебе больше не найти.

Никто не будет любить тебя так, как я, Самира. И никто не сделает тебе больнее, чем я. Отныне, это будет целью моей жизни.

***

2 месяцами ранее

– День добрый, зятек! – насмешливо отвечаю на звонок Тимура, включая громкую связь.

– Привет, – вежливо говорит парень моей кузины. – Самира не у тебя?

Мира, в это время сидящая рядом, машет руками и отрицательно качает головой.

– Нет, а что? – лгу я.

– Ничего, просто дозвониться до нее не могу. Передай ей, чтобы позвонила. Разговор есть.

– Хорошо, зятек,– соглашаюсь я. – Пока.

– Пока, – бурчит он и кладет трубку.

Мира тут же радостно хлопает в ладоши, широко улыбаясь.

– Вот видишь, Ляль! Говорила я тебе, что он первый сдастся? Теперь посмотрим, когда я еще трубку возьму. Высокомерный кретин! А говорил «Сама мне звонить будешь». Трех дней не прошло – соскучился по мне.

Я могу только покачать головой на ее слова. Мира с Тимуром – оба те еще упрямцы. Сосчитать не могу, сколько они уже ссорились за тот год, что встречаются. А что будет, если они поженятся – подумать страшно.