Долг чести

Долбанный мазохист!

Отвернувшись, Бьянка покорно направилась к лестнице и он пошел за ней, любуясь тем, как слегка покачивается ее попка при ходьбе. Для такой крошечной девчушки, у нее была чудная фигура!

Оказавшись на площадке второго этажа, она остановилась, не зная, в какую сторону идти.

– В мое крыло, – подсказал он.

Бьянка даже с места не сдвинулась.

– Ты же знаешь, где мое крыло, да? – спросил мужчина.

Она покачала головой.

– Я не ходила по комнатам второго этажа. Только относила еду Вивиане, когда она болела.

Этот факт удивил его. Прислуга обожала совать свои носы в личные вещи хозяев, не говоря уже о любопытстве увидеть, каково это – быть Доном и жить, как он.

– Идем, – вздохнул он, направляясь налево.

Вивиана жила в правом крыле и спальня, в которой останавливался Тео, когда ночевал в этом доме, располагалась там же. Викензо провел Бьянку через анфиладу комнат, пока не дошел до своей спальни. Открыв дверь, пропустил ее в оформленную в чисто мужском стиле, комнату и не упустил случая втянуть в себя запах ее волос, когда она проходила мимо.

Легкие цветочные нотки – такие же сладкие, как она.

– Это Ваша спальня? – остановившись на середине огромной комнаты, обставленной громоздкой мебелью из темного дерева, спросила девушка.

– Наша, – закрывая за собой дверь, ответил он.

Ее глаза расширились от страха.

– Но у нас фиктивный брак! – воскликнула она, отходя назад, к окну, подальше от него.

– Никогда больше не употребляй это слово, Бьянка, – предупредил он, подходя к камину, чтобы не пугать ее.

 – В этом доме много ушей. И глаз. Именно поэтому, я принял решение, что хотя бы первое время мы должны жить в одной комнате. Если ты боишься, что я потребую от тебя секса, то это не так. Вчера ночью мы уже спали вместе в одной кровати, и, как видишь, я вполне способен держать себя в руках.

– Я не могу, – покачала она головой. – Пожалуйста! Я с ума сойду! Я не смогу здесь спать! Отель и Ваша спальня – это не одно и то же.

– Успокойся, – стараясь быть терпеливым, попросил он.

 – Это совсем ненадолго. Через пару недель ты переедешь в соседнюю спальню.

– Почему я не могу спать в ней сейчас? Эта комната… Она Ваша. Она угнетает. Я даже находиться здесь не могу!

Эти слова задели его самолюбие, но он понимал, чем это вызвано. Для Бьянки он был агрессором. Конечно, Викензо мог бы исполнить ее желание. Ему было плевать на мнение прислуги и пересуды. Он был властью и силой. Мог заткнуть любого.