Чужая жизнь

Сейчас их всех повязали. И брайтонских, и чёрных из управления. Громкое было дело. Больше 20 человек под следствием. Но это сейчас. А в то время они творили всё, что хотели. Вот и сделали нас так, что пришлось послать всё и закрыться.

Он помолчал.

Ну, и как всегда это бывает у русских, у нас самих начался междусобойчик. Сначала у женщин, а потом и мужики подключились. Чуть до мордобоя дело не доходило. Деньги как-то разбежались, а за ними и мы сами. Не вышел у нас детский садик. Вот так.

Сашка наливал очередную.

Попробовали винный магазин. Тоже не пошло. После того, как пару раз зашли чёрные с пистолетами и положили мордой в пол, подумал: «Зачем мне это надо?» Ну, а потом с моей начались проблемы. Специальности, ведь, нет. Языка не хватает, чтобы учительницей работать. И вот, оказывается, что я виноват во всех её проблемах. Всё время: ты и ты, ты и ты. Разбежались. Вот купил лимузин и катаю всяких и днём, и ночью.

Выпили молча.

Он опять посмотрел в глаза.

Ром! Скажи! Только честно.

Было видно, что ему явно с трудом давался вопрос.

Если я сейчас вернусь, есть шансы устроиться?

Что он мог ответить? За десять лет и Москва, и бизнес в ней изменились до неузнаваемости. И все ниши уже заняты. Тогда надо было устраиваться, а не сейчас. Но как объяснить это приятелю?

Если честно, то шанс устроиться есть, если привезёшь с собой лимон, а ещё лучше несколько.

Ладно! Понятно!

Он встал. Лицо у него было каменным.

Я спать, и ты тоже отдохни! Бельё вон там. Завтра увидимся. Снеси, пожалуйста, тарелки в раковину на кухне!

Дверь в спальню за ним закрылась.

Когда он ушёл, Роман не услышал. Сказалась усталость от дня, который растягивается, когда летишь в Америку. Но к пяти утра спать уже не мог. В Москве был полдень. И услышал, как открывалась входная дверь, что означало возвращение Сашки домой.

– Не спишь?

Вид у него был усталый.

– Слушай! Я тут подготовил для тебя программу.

И он вывел на дисплей карту Нью-Йорка.

Далее он проинструктировал, как передвигаться в нью-йоркской подземке, показал на карте то, что нужно посмотреть, и дал много других советов. Из всего Роман понял, что исследовать Нью-Йорк ему придётся в одиночку, что совсем его не огорчило. Так складывалось, что он чувствовал себя комфортнее именно в таком качестве. В Москве они были на равных. Но с тех пор прошло 10 лет, и ситуация в корне изменилась.