Звезда Суламифи

В какое-то мгновение ей показалось, что кто-то постучался в двери, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди, – оно бешено заколотилось, отбивая: “Это – он, он!” Но разве девушка могла поверить в такое чудо? Хотя блеснувшая надежда заставила её прислушаться, стук не повторился. Но каждая клеточка её тела ощущала его присутствие, и тепло дыхания любимого, казалось, прикасалось незримым огненным крылом ангела небесного. О, как она любит: ей всюду чудится божественный голос возлюбленного, и образ его сопровождает каждое мгновение, согревая сердце воспоминаниями!.

. Он признаётся в Любви взором безмолвным, и голос начинает звучать так явственно, когда Суламифь погружается в пучину печали. Как легко удаётся ему одною лишь фразою вырвать из бездны тоски и озарить Радостью! Прекрасно быть любимою того, кто почитаем всем миром… И вдруг послышались лёгкие шаги: кто-то отошёл от двери. Девушка замерла, не в силах сделать движение. Она вспомнила, что дверь оставила незапертой, и, возможно, кто-то заходил, а она не заметила, погрузившись в сон. И страшно было ей, и радостно от внезапно блеснувшей мысли, что это мог быть он. Захотелось тут же вскочить, но она не смогла – ноги отказали. И когда к ней вернулась способность производить движения, первым делом она всё же проверила, на месте ли лежат серёжки. И когда их обнаружила, ей стало радостней вдвойне: значит, это был не вор, ибо ничто не могло помешать ему войти в дом. Но если не грабитель, так, значит, приходил тот, кого она готова была видеть в мгновение каждое. Но отчего же он ушёл?! Разве не для него она оставила открытыми двери, втайне надеясь на визит ночной?! А вдруг это случилось бы и её возлюбленный вошёл в дом? Но она же совершенно не готова встретить его! Ночь, конечно, может скрыть убогое убранство лачуги, и царь не заметит всей окружающей её нищеты. Конечно, во дворце его окружают прелестные женщины, источающие благоухание от обильно втираемых ароматических масел… Да, аромат! Именно он может спасти положение. Но каждая капелька стоит немало денег, а заплатить совсем нечем. Как же получить сей нектар бесценный, посредством которого Суламифь не будет уступать хотя бы в благоухании тем красавицам, что вечно вьются вокруг возлюбленного?.. Серёжки! Вот решение. И как ни печально расставаться с ними и лишаться единственной ценности, оставленной в память о матери, – всё же придётся отдать их, чтоб получить взамен несколько капель, что восхитят ароматом возлюбленного её.