Виктимность

Щуря глаза, она встала напротив затонированного окна, где сидел тот чудесный парень, и, улыбаясь самой искренней улыбкой из всех возможных, подумала про себя: «Возможно, мы ни разу больше не увидимся. Но ты хотя бы меня запомнишь».

Краснодар

15 июня 2019 года

В глуши квартиры зазвонил телефон – то была мама Лизы. Алина, она же, как ее называл Юджин, Лина, – яркая красивая блондинка сорока трех лет – была Лизе лучшей подругой и, к сожалению, только недавно стала для нее примером для подражания. Но только несколько вещей были неподвластны взбалмошной природе Лизы: сдержанность, усидчивость, бесконечная мудрость и преданность семейным ценностям.

Алина стала мамой совсем рано, не успев окончить первый курс института. Когда она вышла замуж за отца Лизы, ей было всего лишь шестнадцать лет. Лиза любила разглядывать семейный фотоальбом и любоваться своей молодой, грациозной Линой. Сорок килограммов, совсем пушинка, она была одета в пышное иранское, усыпанное стеклярусом свадебное платье, а рядом с ней стоял молодой, дерзкий, похожий на краснощекого Элвиса папа.

Лиза хотела так же. Она мечтала о красивом свадебном платье, таком же ярком женихе и многолюдном празднестве, на котором бы шампанское лилось рекой, пьяные гости говорили пожелания в микрофон, а шлейф ее наряда был бы испачкан куском свежеиспеченного торта. Именно поэтому в свои полные двадцать лет в ЗАГСе среди пластмассовых, словно с кладбища, цветов и круга стоявших позади нее родственников Лиза сказала Юджину: «Согласна!»

– Доченька, ты купила билеты? – спросила ее мама.

– Да, Масик, я взяла. Завтра утром вылетаю. Встретите меня?

– Да, конечно. Мы с папой и Софочкой за тобой приедем, не беспокойся.

– Как думаешь, мероприятие назначат в мой день рождения? – закусив губу и борясь с подступающими слезами, спросила Лиза.

– Я очень надеюсь, что нет, – ответила ей пораженная реакцией дочери Лина. – Милая, я знаю, что тебе больно, но это давно в прошлом, ведь правда? Вы не вместе, он выбрал свою судьбу.

– Ты не понимаешь, насколько мне больно, – слезы переросли свой рубеж, и, заикаясь, Лиза продолжила отправлять свою мысль в телефон. – Я виновата, я должна была ему помочь!

– Но… Но до этого ты ведь старалась его спасти, я знаю это, мы все это знаем.