Виктимность

Пустые бутылки из-под алкоголя, мутные пятна на полу, на которые налипли огромные пучки мужских волос, похожие на маленькие трупы животных, и застоявшийся аромат испражнений котов – именно так «гостеприимно» Лизу встретила квартира мальчика, в которого она была влюблена.

– Да, видимо, ты напугалась. Обещаю, я все на выходных уберу! Ты можешь не разуваться, проходи прямо так.

Она и не собиралась. Пройдя на вытянутый, освещенный блеклым светом лампы балкон, он предложил вина:

– Если что, здесь везде можно курить.

Я мигом! Кстати, – Юджин принес ей маленьких вонючих котят и положил их на пудровый подол ее атласной юбки, – это мистеры Пиклзы. Мистеры Пиклзы, это Лиззи. – Черно-белые братья стали ластиться к ней, безбожно оставляя свою шерсть повсюду. Через несколько минут он вернулся с картонным пакетом чего-то в руке:

– Почему мистеры Пиклзы? Это в честь фильма?

Он сделал глоток:

– Нет, это мультфильм одной студии. Ты будешь вино?

– А, вот это, в пакете, – это вино? – нахмурившись, удивилась Лиза.

– Ну, да.

– Никогда не пила вино из пакета, – она сделала один маленький глоток, и какой же это был ужасный напиток! Ничего дешевле и отвратительнее в жизни она никогда не пила.

Юджин присел в кресло в углу балкона. Взяв ее за руки, он потянул к себе и посадил на колени. Маленькая, аккуратная голова находилась на уровне ее покрасневшей от переживаний груди. Обвив ее, он произнес:

– Лиззи, ты мое спасение. Ты появилась, и я снова чувствую, что живу. Ты спасение.

– А ты – мое, – целуя его лоб, в ответ произнесла она.

И это была правда. Они утолили боль и душевный голод друг друга. Они были абсолютно разными: их сленг был не похож, противоположные манеры поведения, взгляды на жизнь, казалось, должны были отдалить их, как Луну от Марса. Но вот они сидели в одной комнате, в богом позабытом районе, и были счастливы. Именно здесь и сейчас: с отвратительном пойлом на полу и разрухой вокруг. Кажется, она нашла мужчину, подобного ей: безумного, со своими скрытыми переживаниями и особыми амбициями.

Ее телефон наперебой трезвонил звонками от отца, и наступил час хоть и недолгого, но тягостного расставания с Юджином.

Приехав домой, она аккуратно, не гремя ключами, чтобы не разбудить родителей и детей, открыла дверь квартиры, сбросила туфли, зашла в ванную комнату и посмотрела на себя в зеркало: чуть потекшая тушь, губы, опухшие от многочасовых поцелуев, и блестящие глаза – все это выдавало в ней счастливую, по уши влюбленную девушку.