Переплетения

3

Внезапное прекращение отдыха в Закопане привело к тому, что атмосфера в шикарном «Ауди A8», на котором они спешно возвращались в Варшаву, была такой же холодной, как струя воздуха из кондиционера. Жена молча упаковала вещи, без слов провела ночь, отодвинувшись от него как можно дальше на обширном ложе в апартаменте, а утром молча села в автомобиль и молча ехала. Не помог ни ее любимый Гленн Миллер, ни обед в потрясающем греческом ресторанчике, который неведомой прихотью судьбы оказался в Крочицах, в тридцати километрах от Катовицкой трассы.

Когда он остановил машину у их виллы в Лесной Поляне, вблизи Магдаленки[29 - Магдаленка — элитарная дачная местность в Мазовецком воеводстве.], чтобы высадить жену, и увидел, как она молча направляется к калитке, в нем что-то сломалось. Он выключил долбаного Миллера и открыл дверцу.

– Ты лучше подумай, в какую вонючую нору сейчас возвращалась бы с берега Свидера[30 - Свидер — речка к югу от Варшавы, место летнего отдыха варшавян.

В гараж под зданием Intraco, где размещался скромный офис его фирмы, он приехал часом позже. У фирмы хватило бы средств разместиться и в «Метрополитене» либо в одной из высоток на площади ООН, но ему нравилось это место: тут был свой стиль, а панорамой с 32-го этажа можно было любоваться бесконечно. Выйдя из лифта, он кивнул прекрасной как восход солнца в Татрах секретарше и без стука вошел в председательский кабинет.

– Садись. Может, ты знаешь, сколько у женщин менопауз? Похоже, я свидетель уже третьей. А ведь меня предупреждали, чтобы не брал молодую жену. Черт бы ее…

Вместо ответа Игорь приготовил питье. Виски Cutty Sark, два кубика льда, немного содовой. Подал стакан председателю, который тем временем вытащил из сейфа ноутбук. Они уселись за столом напротив друг друга.

– Теперь говори, что случилось.

– Хенрика убили ночью с субботы на воскресенье в здании костела на Лазенковской.

– А что он там делал, курва его мать?

– Участвовал в групповой терапии. Возможно, его убил один из участников группы или кто-то другой, знавший, что он будет там и что подозрение падет на другого. Может, взломщик, как утверждает полиция.

– Хуя им, а не взломщик. Так всегда говорят, чтобы избавиться от прессы.