Доля правды

Будники – интеллигенция левого толка, почитатели «Газеты Выборчей», а Шиллер скорее энтузиаст «Газеты Польской»[45 - «Газета Польска» – консервативная газета правого толка с националистическим уклоном.] и бело-красного флага на мачте перед домом. Они для него были чуток коммунистами, он для них – маленько фашистом, – во всяком случае, гриль вместе не устраивали.

Вильчур страдал польским недомоганием – если он и выражался о ком-то положительно или нейтрально, то звучало это как оскорбление. Уставший тон, слегка искривленные губы, поднятая бровь, затяжка сигаретой вместо запятой, затяжка и стряхивание пепла вместо точки.

Презрение к окружению бросало тень на каждого, о ком говорил старый полицейский.

– Шиллер еврей?

Злобная улыбка промелькнула на губах полицейского.

– Согласно последним веяниям, нам не велено знать, кто какого вероисповедания или происхождения. Но если принимать доносы за чистую монету – стопроцентный. А вдобавок педераст, скотоложец и почитатель сатаны.

Для эффекта Вильчур вскинул руку – мизинец и указательный палец образовали рога.

Выглядел он теперь как родной брат Кита Ричардса[46 - Кит Ричардс – выдающийся английский гитарист и автор песен рок-группы «Роллинг стоунз».], правда, чуть уродливее и потрепаннее.

Шацкому было не до смеха.

3

В телефоне Ежи Шиллера приятный баритон попросил по-польски и по-немецки не отказать в любезности и оставить сообщение. Шацкий, не рассчитывая на удачу, оставил, но не прошло и пятнадцати минут, как Шиллер перезвонил, извинившись, что не мог принять звонок.

Когда Шацкий принялся объяснять, по какому поводу звонит, тот прервал его вежливо, но решительно.

– Разумеется, я понимаю, в некотором смысле я ожидал этого звонка, поскольку семья Будник и я – мы в Сандомеже люди известные и волей-неволей поддерживали друг с другом, – тут он сделал почти незаметную паузу, – контакты. Признаюсь, я специально отменил поездку в Германию, предвидя, что потребуюсь правосудию.

– В таком случае прошу явиться на улицу Коселы.

– К сожалению, мне далеко до добропорядочного гражданина. Я отменил поездку в Германию, но воспользовался случаем, чтобы устроить дела в Варшаве. Я всё еще нахожусь в столице. – Шацкому понравилось, что он употребил это слово. – В данный момент начинается пятничное совещание, и прежде чем я выеду… А возникнут проблемы, если мы встретимся завтра? Простите за наглость, я, разумеется, в любой момент могу сесть в машину, но, боюсь, раньше восьми вечера не приеду.