Доля правды

В конце концов темнота окружила Шацкого со всех сторон, и он смирился с тем, что так останется до скончания веков.

Он налил в сковородку немного воды и поставил ее на плиту. Потом вымоет.

Так не должно быть, размышлял он, позабыв, что вбивает себе это в голову каждый день. Так быть не должно! Люди после разводов находят общий язык, порой даже дружат, вместе воспитывают детей, Деми Мур была на свадьбе у Брюса Уиллиса, а он у нее; чтобы быть семьей, необязательно спать в одной постели и жить под одной крышей.

Он потянулся к телефону, Вероника все еще оставалась у него в быстром наборе. С той лишь разницей, что теперь то была Вероника, а не как когда-то Киса.

– Алло?

– Привет, это я.

– Привет, вижу. Чего хочешь?

Он понимал, у нее есть право отбросить вежливость.

– Звоню, чтоб узнать, всё ли у вас в порядке. Что слышно у тебя? У Хели?

Молчание.

– Ты опять?

– Что значит «опять»? Извини, но я имею право узнать, что у моей дочери?

Вздох.

– У твоей дочери всё в порядке, сажаю ее за уроки, завтра классная работа. – У нее был уставший, недовольный голос, будто она исполняла тяжкую повинность, и Шацкий почувствовал, как в нем вскипает злость.

– По какому предмету?

– По природоведению. Тео, хочешь что-то по делу сказать? Прости, я немного занята.

– По делу я бы хотел знать, когда ко мне приедет моя дочь. У меня такое впечатление, что ты препятствуешь ее контактам со мной.

– Не будь параноиком. Сам знаешь, она не любит туда ездить.

– Это почему же? Может, потому, что у ее отчима появится конкуренция и твое новое замужество уже не покажется ей таким расчудесным?

– Тео…

– Разве не так? Но мне кажется, она должна понять, что я теперь живу здесь.

Он ненавидел себя за то, что в его голосе появились душещипательные нотки.

– Объясни ей это сам.

Он не знал, что ответить. Хеля разговаривала с ним неохотно, да и слушала его тоже неохотно.

– Хорошо, тогда, может, мне приехать.

– Как хочешь. Тео… умоляю, если у тебя нет ничего конкретного…

– Нет, спасибо, поцелуй от меня моего барсучонка. Хорошо?

– Ладно.

Она подождала, не скажет ли он еще чего, а он чувствовал ее неприязнь и раздражение.