Михаил Строгов (сборник)

Когда молодая девушка удалилась, Строгов подошел к одной из групп пассажиров в надежде услыхать что-нибудь интересное. Негодование изгнанных азиатских купцов было понятно: они не успели еще отдохнуть от своего долгого путешествия и теперь, благодаря закрытию ярмарки, потерпели большие убытки; несмотря на это, никто из них не решался высказывать вслух свое неудовольствие, опасаясь шпионов, и нашему герою так бы не удалось ничего узнать, если бы он не услышал вдруг беседу двух пассажиров, разговаривавших очень громко и, по-видимому, без всякого стеснения.

– Как, милейший коллега! – воскликнул первый. – Вас ли я вижу? Признаюсь, я никак не ожидал, что вы меня сопровождаете.

– Я вовсе не сопровождаю вас, – невозмутимо отвечал его собеседник, – я вам предшествую.

– Гм, это немного сильно сказано! Предположим, что мы идем одинаковым аллюром и, вероятно, не обгоним один другого.

– Напротив, – все так же флегматично возразил англичанин, – я как раз намерен вас обогнать.

– Увидим, – сказал Жоливе, – впереди у нас еще довольно времени и поводов быть соперниками.

– Вы хотите сказать, врагами, – поправил его собеседник.

– Ну, будь по-вашему! Вы, милейший господин Блаунт, очевидно, любите точность в выражениях, а поэтому позвольте и мне точнее определить наши взаимные отношения.

– Говорите.

– Ведь вы едете в Пермь, не так ли? А оттуда, вероятно, в Екатеринбург?

– Вероятно.

– Как только мы переедем границу Сибири, каждый из нас может сам для себя стараться, но до тех пор нам выгоднее быть союзниками.

Англичанин протянул своему спутнику два пальца, которые тот с живостью пожал.

– Кстати, – ядовито заметил Жоливе, – я сегодня в десять часов семнадцать минут утра уже сообщил по телеграфу моей кузине текст указа.

– Я тоже телеграфировал «Ежедневному Телеграфу», только четырьмя минутами раньше вашего.

– С чем вас и поздравляю, господин Блаунт.

– Очень вам благодарен, – сухо ответил англичанин, и оба корреспондента обменялись насмешливыми поклонами.

За обедом они уселись рядом и как ни в чем не бывало распили бутылку шампанского местного производства.

Строгов, который слышал приведенный выше разговор, решил из предосторожности держаться подальше от болтливых журналистов.

Названая сестра его не вышла к обеду: она спала у себя в каюте, и Строгов не велел будить ее.

День стоял очень жаркий, и потому, когда настали сумерки, все пассажиры оживились.