Ледяной сфинкс

Верна нуждается в уточнении: более сильное охлаждение Южного полушария по сравнению с Северным вызвано не только вытянутостью земной орбиты, но и наклоном земной оси; следующее утверждение и вовсе не верно: тепловой экватор Земли смещен к северу относительно географического, так что максимальному разогреву подвергается пояс приэкваториальных пустынь; в Южном полушарии суша занимает гораздо меньше места, чем в Северном, смягчающее влияние океана заметнее, и максимальные летние температуры значительно ниже, чем в пустынных районах Северного полушария.

]. Зимой на Кергелене бушуют страшные бури, шторма. При этом вода не слишком сильно охлаждается, оставаясь в пределах двух градусов Цельсия зимой и семи – летом, совсем как на Фолклендских островах или у мыса Горн.

Понятно, что зимой в гавань Рождества не осмеливается сунуться ни одно судно. Во времена, о которых я веду речь, паровые суда были еще редкостью. Парусники же, чтобы не оказаться затертыми льдами, искали укрытия в портах Южной Америки, у берегов Чили или в Африке – чаще всего в Кейптауне, близ мыса Доброй Надежды.

Лишь несколько баркасов – одни вмерзли в лед, а другие, оказавшись на песчаном берегу, покрылись инеем до верхушек мачт – представали моему взору в гавани Рождества.

Неудивительно, что, проведя на Кергелене два месяца, я с нетерпением ждал возможности отплыть восвояси на шхуне «Халбрейн», достоинства которой не переставал расписывать мне жизнерадостный хозяин гостиницы.

– Лучшего невозможно желать! – твердил он. – Ни один из капитанов английского флота не сравнится с моим другом Леном Гаем ни храбростью, ни мастерством. Если бы он вдобавок был поразговорчивее, ему не было бы цены!

Я решил последовать рекомендациям почтенного Аткинса. Как только «Халбрейн» бросит якорь в гавани Рождества, я договорюсь с ее капитаном. После шести-семидневной стоянки шхуна возьмет курс на остров Тристан-да-Кунья, где дожидались олова и меди, которыми был загружен ее трюм.

Я намеревался остаться на несколько недель на этом острове и вернуться в родной Коннектикут. В то же время я не забывал о случайностях, ибо всегда следует, руководствуясь советом Эдгара По, «учитывать непредвиденное, неожиданное, невероятное, ибо побочные, второстепенные, случайные обстоятельства часто вырастают в непреодолимые преграды, так что в своих подсчетах нам никогда нельзя забывать про Случай».