Реактивный идет по следу

Хотя Валька и не особенно хотел есть, но все таки понимал, что теплое месиво согреет его в этой холодине и даст некоторые поддерживающие силы.

И это действительно помогло. После того как тарелка горячего жидкого супа упала вниз и растеклась по всему пространству военно-морского желудка внутри запели соловьи. Валька понял, что не все в этой жизни так плохо. Да и он сам, как бы то ему не внушали всякие начальники, не так уж и плох. Он огляделся вокруг. Десятки арестованных моряков и солдат крепких и здоровых сидели и трескали пищу, уставившись в свои миски.

К столовой стоял только шум грохот мисок и ложек и стук жующих челюстей. Никто почти не разговаривал.

– Вот они все такие же. Привозят плохишами, а тут их перековывают и они как штрафники своим трудом и образом жизни искупают свою вину. После этого очищения опять становятся хорошими до следующего несчастного случая. Ведь у всех примерно такая же ситуация как и у меня. А завтра прибудут новые и так тут будет вечно. Я через несколько лет демобилизуюсь, а гауптвахта будет стоять вечно и новые и новые арестанты будут здесь проходить свою школу мужества.

И сюда не зарастет народная тропа. – последние слова его воодушевили. Он почувствовал прилив творческих сил.

Валька взял ложку и вцепился в плотный кусок перловой каши, которая горкой возвышалась над миской. Сбоку от горки лежал жирный кусок поджаренного палтуса. Он был настолько жирным, что его замутило. После этого он попил мутной бурды, которую называли кофием и вышел из-за стола.

Вся эта процедура создала радостный оптимистический настрой в новое светлое и неизвестное будущее арестанта Хлызова.

– Выходить строиться для развода на работы! – раздалась следующая команда.

Моряки выстроились рядами по комплектности своих камер. Бармалей вышел со списком разнарядок для работ.

– Эти! Эти на мясокомбинат. – приказал он и часть моряков, стоящая от начала шеренги отошла и развернувшись на месте вышла из казармы на работу.

– Эта часть идет на корабли разгружать уголь-приказал Бармалей, остановившись около Вальки.

Он разделил ряд, дотронувшись до Валькиного правого плеча. Стоявшие рядом с ним арестанты повернулись и, четко маршируя вышли на улицу.

– Эти остальные идут в типографию – приказал Бармалей.

Начальник караула скомандовал и вся оставшаяся группа вышла на работы.

Первый рабочий день арестанта

Валька шел по улицам и вдыхал свежий вольный военно-морской воздух.