Дикарка при дворе. Книга 2

Вынырнув из тупика, в котором находилось заведение, они завернули за угол и, пройдя ещё немного, оказались возле небольшой покосившейся лачуги. На стук не открывали, и тогда иланец, убедившись, что никто не смотрит, попытался вышибить дверь.

Незамысловатый засов сдался с первого же удара и с хрустом разломился. Непрошеные гости вошли внутрь: в грязном помещении было темно и сыро, всюду валялся какой-то хлам, в основном представлявший из себя расставленную под дырами в крыше посуду разного размера, от маленькой глиняной кружки до огромной дубовой бочки у входа; у дальней стены, где было посуше, на куче соломы спал и сам владелец жилища.

– Вставай! – потребовал Алексим и потряс пьяницу за плечо.

– Кто здесь? – пробормотал тот, отмахиваясь от назойливого посетителя. – Убирайся из моего дома, кто бы ты ни был!

– По-хорошему тебе говорю, вставай, поговорить надо! – настаивал воевода.

– А я сказал, ступай к Хезарису! – Ка повернулся на другой бок и свернулся калачиком.

– Ну, что ж с тобой делать? – вздохнул Виго и, подобрав с пола два разномастных ведра, обратился к девушке: – Посторожи его, я ненадолго.

Несколько раз посетив расположенный у перекрёстка колодец, он наполнил лохань, что стояла посреди комнаты попрошайки. Последнюю же порцию ключевой воды воевода приберёг для хозяина лачуги.

– А-а-а, холодно же! – прокричал тот, когда его облили. – За что?

– Чтобы ты, наконец, поднялся!

– Ах, это ты, злой наёмник! – сердито пробормотал Вилли, узнав своего обидчика, и, зарываясь глубже в мокрую солому, добавил: – А я всё равно спать буду!

– Ещё чего! – иланец, схватив Ка за шиворот, подтащил его к корыту и окунул туда с головой.

– Пусти! – попросил тот, вынырнув.

– А слушать меня будешь?

– Я подумаю.

– Отправляйся тогда обратно!

– Алекс, что ты творишь?! – вмешалась Милисса. – Ты убьёшь его, он стар и может не выдержать этого!

– Не такой он старый, как ты думаешь, я видел лорда Кентока, и если это действительно он, то ему точно не больше пятидесяти, – возразил воевода и, снова вытащив пьяницу, спросил у него: – Эй, Вилли, признайся-ка, сколько тебе лет?

– Сорок шесть, – ответил он, весь дрожа, – нет, сорок семь.

– Ого, – удивилась девушка, – а я-то считала, тебе под семьдесят.

– Ой, и ты здесь, красотуля! Пожалуйста, скажи уже своему другу, чтоб он сжалился надо мной и прекратил это купание, – взмолился Ка.

– Ладно, вылезай! – согласился Виго и отпустил несчастного.