Двадцать тысяч лье под водой

Отсюда следует, что на глубине в триста двадцать футов давление равняется десяти атмосферам, на глубине в три тысячи двести футов – ста атмосферам, и в тридцать две тысячи футов, то есть на глубине двух с половиной лье, – тысяче атмосфер. Короче говоря, если бы вам удалось опуститься в столь сказочные глубины океана, на каждый квадратный сантиметр вашего тела приходилось бы давление в тысячу килограммов. А вам известно, уважаемый Нед, сколько квадратных сантиметров имеет поверхность вашего тела?

– И понятия не имею, господин Аронакс.

– Около семнадцати тысяч.

– Да неужто?

– А так как в действительности атмосферное давление несколько превышает один килограмм на квадратный сантиметр, то семнадцать тысяч квадратных сантиметров вашего тела испытывают в настоящую минуту давление семнадцати тысяч пятисот шестидесяти восьми килограммов!

– А я этого не замечаю?

– А вы этого и не замечаете. Под этим огромным давлением ваше тело не сплющивается потому лишь, что воздух, находящийся внутри вашего тела, имеет столь же высокое давление.

– А-а! Понимаю, – отвечал Нед, внимательно слушавший. – Вода не воздух, она давит извне, а внутрь не проникает!

– Вот именно, Нед! На глубине тридцати двух футов вы будете испытывать давление в семнадцать тысяч пятьсот шестьдесят восемь килограммов; на глубине трехсот двадцати футов это давление удесятерится, то есть будет равно ста семидесяти пяти тысячам шестистам восьмидесяти килограммам; наконец, на глубине тридцати двух тысяч футов давление увеличится в тысячу раз, то есть будет равно семнадцати миллионам пятистам шестидесяти восьми тысячам килограммов; образно говоря, вас сплющило бы почище всякого гидравлического пресса!

– Фу-ты, дьявол! – сказал Нед.

– Ну-с, уважаемый гарпунер, если позвоночное длиной в несколько сот метров и крупных пропорций может держаться в таких глубинах, стало быть, миллионы квадратных сантиметров его поверхности испытывают давление многих миллиардов килограммов.

– Надо полагать, – отвечал Нед Ленд, – что на нем обшивка из листового железа в восемь дюймов толщиной, как на броненосных фрегатах!

– Пожалуй, что так, Нед.