Последняя сила Майлун

Мужчина желал поскорее вновь заговорить с ней.

Но Гретта опустила глаза и не желала смотреть на него. Генри посчитал это несказанной дерзостью. Больше всего он терпеть не мог не поминовения. Мысль о том, что обычная девчонка не хочет быть с ним и даже смотреть на него не может, приводила его в ярость. Всё, что, он когда-либо желал, обязательно было у него, либо же ни у кого.

Часть 3

Зайдя в дом, девушка прикрыла за собой дверь и пыталась отдышаться, прикрывая рот ладонью от ужаса.

Гретта сгорала от внутренней несправедливости. Но не имела возможности выступить вперёд и заступиться за девушку, поскольку несла ответственность не только за себя, но и за мать с братом. Отец оставил их вместе, чтобы они присматривали и защищали друг друга.

Внутри вдруг что-то зажгло. Положив руку на грудь, Гретель не могла понять, в чём дело. От пережитых чувств внутри будто разгоралось пламя.

– Ах… – девушка упала на колени, пытаясь унять неприятную боль.

Агнет права, ей нужно срочно найти свою бабушку. Это вероятно неспроста.

Дверь приоткрылась, и в дом вошёл высокий парень. Увидев его, Гретта подскочила.

– Ваша светлость. – Она чуть склонила голову.

– Здравствуй, Гретта, тебе нездоровится? – он мельком оглядел её.

– Нет, просто закружилась голова.

– Ты так быстро убежала с площади. Тебя, что-то напугало? – он изумлённо приподнял бровь.

Напугало? Там ведь сжигают ни в чём невинную девушку, а он спрашивает, напугало ли её, что-то.

– Мне стало дурно, и я ушла. Не стало ли это проблемой?

– Ну что ты. – Он двинулся чуть ближе, и она, словно невзначай, отступила назад. – Просто изначально мне показалось, что тебе противно, то, что там происходило. Ты ведь должна понимать, что мы помогаем этим девушкам. Помогаем очистить их грязную душу. Выжигаем из них метку дьявола.

Генри оказался слишком близко и медленно коснулся пальцами локона светлых волос.

– Ты побледнела, может тебе стоит присесть?

– Я в полном порядке, мне нужно на воздух, извините. – Она желала, как можно скорее избавиться от его общества. Выйдя за дверь, она смотрела, как поодаль горело тело молодей девушки, под пристальными взглядами зевак. Тысячи мурашек табуном пронесли по всему телу, и осадок горького сожаления остался в душе.