Борьба за огонь

Но многочисленному отряду охотников крутой откос, заваленный осыпавшимися со скал камнями, показался неудобным; для трех же легких на ногу людей эта дорога вполне подходила, и Нао решил разыскать ее.

Он прошел вглубь пещеры, нащупал узкий проход и углубился в него. Пройдя несколько сот локтей, сын Леопарда увидел вдали слабый свет: выход, очевидно, был близко. Удовлетворенный результатом разведки, Нао вернулся к своим спутникам. Навстречу ему торопливо шел Нам.

– В ущелье огромный медведь… – начал он.

Низкий гортанный рев прервал его слова. Нао кинулся к выходу из пещеры. Он увидел Гава, притаившегося за скалой в позе воина, подстерегающего врага. Нао бросил быстрый взгляд наружу и весь похолодел от ужаса.

К площадке, где уламры устроили привал, с противоположных сторон подходили два чудовищных зверя. Необычайно густая шерсть цвета дубовой коры покрывала их тело, делая животных нечувствительными к холоду, колючкам кустарников и острым выступам камней.

Один из них – самец – был громаден, словно зубр, с короткими мускулистыми и гибкими лапами и выпуклым лбом, напоминающим валун, обросший лишайником и мохом. В огромной пасти могла свободно поместиться голова человека, и мощным челюстям достаточно было сомкнуться, чтобы раздавить ее, словно скорлупу ореха.

У самки лоб был плоский, морда более короткая, походка вразвалку. В движениях и фигурах обоих зверей было нечто, отдаленно напоминавшее облик голубых людей.

– Да, – пробормотал Нао, – это пещерные медведи, медведи-великаны!

Он знал, что эти гиганты не боятся ни одного живого существа, но, в общем, ведут себя довольно миролюбиво. Они становятся опасными, только если что-нибудь разъярит их или же когда очень голодны, хотя обычно не едят мяса, довольствуясь растительной пищей.

Медведи подходили все ближе, грозно рыча. Самец раскрывал пасть и свирепо мотал головой.

– Он ранен! – прошептал Нао.

С густой шерсти огромного зверя стекала тоненькая струйка крови.

Нао с ужасом подумал, что эту рану могла нанести человеческая рука… Тогда хищник захочет, конечно, выместить свою злобу на них. Нао знал, что пещерные медведи отличаются исключительной настойчивостью: раз начав преследовать добычу, они уже не отступятся от нее, пока не добьются своего. Толстой коже и густой шерсти пещерного медведя не страшны ни дротик, ни копье, ни даже палица.