Трубка Мегрэ

Но он в это время бывает на работе.

Мегрэ взглянул на парня, которому, казалось, было не по себе. Тоже весьма распространенный тип. Наверное, лет семнадцати, худой, высоченный. Лицо в прыщах, рыжеватые волосы, веснушки возле носа.

Замкнутый? Возможно. Мамаша чуть позже сама заявила об этом, есть люди, которые обожают говорить гадости про своих близких. Во всяком случае застенчивый. И скрытный. Он сидел, уставившись в ковер или какой-то другой предмет в кабинете, но, как только ему казалось, что на него не смотрят, тут же бросал быстрый взгляд на Мегрэ.

Парень был явно недоволен тем, что оказался в полиции. Он, в отличие от матери, не считал это необходимым. Быть может, он даже немного стыдился ее манерности и трескотни.

– Чем занимается ваш сын?

– Он ученик парикмахера.

Молодой человек заметил с досадой:

– У моего дядюшки парикмахерская в Ниоре, и вот мама вбила себе в голову…

– Разве стыдно быть парикмахером? Я хочу сказать, господин комиссар, что он не может уйти в рабочее время из салона на площади Республики.

– Простите. Вы подозревали, что ваш сын приходит домой, когда вас нет, и следили за ним?

– Да, господин комиссар. Я никого конкретно не подозреваю, но знаю, что мужчины способны на все.

– И что же, по-вашему, мог делать ваш сын, когда вас не было дома?

– Не знаю.

Потом после паузы:

– Может быть, приводил женщин? Три месяца назад я нашла у него в кармане письмо от какой-то девчонки. Если бы его отец…

– А почему вы уверены, что кто-то заходил в ваш дом?

– Ну, это сразу чувствуется, господин комиссар.

Что ж, не слишком научно, но в целом вполне объяснимо по-человечески. Мегрэ сам замечал подобное.

– Ну а еще?

– Еще всякие мелочи. Например, дверца зеркального шкафа, которую я никогда не запираю, оказалась как-то запертой на один оборот.

– У вас в шкафу спрятано что-то ценное?

– Там наша одежда, белье, какие-то семейные сувениры, но ничего не пропало, если вы это имеете в виду.

– А что в нем было?

– Пустые стеклянные банки.

– Значит, у вас вообще ничего не пропало?

– Нет как будто.

– С какого времени вам кажется, что к вам в дом кто-то наведывается?

– Мне не кажется, я в этом уверена. Уже месяца три.

– И сколько раз, по-вашему, к вам приходили?

– В общей сложности раз десять… После первого раза долго, где-то около трех недель, никто не заглядывал.