Поезд из Венеции

Еще несколько станций – и добраться до туалета стало невозможно.

Однако никто не пытался завладеть четырьмя свободными местами – мягкими и удобными. Женщины стоя давали младенцам соску или кормили их грудью, поезд трясло, а им даже и в голову не приходило, что они могут сесть. В их глазах не отражалось ни зависти, ни грусти, ни обиды.

– Субботу и воскресенье вы проводите за городом?

– Да, неподалеку от Пуасси. Вы там бывали?

– Кажется, это между Парижем и Мант-ла-Жоли. Верно?

По существу, незнакомец даже не расспрашивал Кальмара, а скорее Кальмар подтверждал его вопросы.

Создавалось впечатление, будто ему заранее известно, что тот скажет, и он задает вопросы только для того, чтобы удостовериться в правильности своих предположений.

– У вас машина?

– Да, малолитражка. В Париже она мне необходима, особенно для поездок из конторы на фабрику.

– И вы предпочли ехать поездом? Понятно, шоссе так забиты. Особенно трудно, когда ездишь с детьми.

А ведь Кальмар чуть было не поехал в Венецию на машине.

Особенно Жозе хотела этого, хотя уже после двадцати километров принималась считать, долго ли еще им ехать.

Он чуть было не согласился. Но Доминика заявила: «В таком случае мы уже ничего не сможем взять. Каждому придется оставить половину того, что нужно».

– У вас свой загородный дом?

На лице попутчика не было и признаков пота, и он в платке не нуждался. Когда поезд останавливался неподалеку от тележки с напитками и съестным – а, как правило, она оказывалась на другом конце платформы, – неизвестный покупал небольшую бутылку содовой «Кампари», и под конец Кальмар решил последовать его примеру.

– В нашем поезде тоже есть разносчик, но до нас он доберется не раньше Милана.

В душе Кальмар сердился на свою податливость. Он подробно отвечал на все вопросы незнакомца, а сам спрашивать ни о чем не осмеливался. Хотя ему любопытно было узнать кое-что.

Например, он заметил, что в сетке над сиденьем его спутника не было никаких вещей.

Значит, он сдал свои чемоданы в багаж или, быть может, путешествовал налегке?

Вагон шел из Белграда, через Триест. Под скамьей валялась газета какой-то славянской страны. Почему бы Кальмару не спросить запросто: «Вы едете из Белграда?»

Или же: «Вы из Югославии?»

Маловероятно. У этого человека совершенно не славянский тип, и он одинаково бегло говорил по-французски, по-немецки и по-английски, а с контролером изъяснялся на правильном итальянском языке.