Мегрэ, Лоньон и гангстеры

– В таком случае я попрошу вас рассказать мне все, вы понимаете, все, а не почти все.

– Понимаю.

– Очень хорошо. Курите, пожалуйста.

– Я не курю.

Это было правдой. Мегрэ просто забыл, что Лоньон не курит из-за жены, которой делается дурно от запаха табака.

– Что вы знаете об этих гангстерах?

– Я думаю, это настоящие гангстеры.

– Американцы?

– Да.

– Как вы с ними связались?

– Сам толком не пойму. Я оказался сейчас в таком положении, что, наверное, лучше вам во всем чистосердечно признаться, даже если я потеряю из-за этого место.

Он не сводил глаз с письменного стола, и его нижняя губа дрожала.

– Все равно рано или поздно это должно было случиться.

– Что именно?

– Вы сами знаете. Меня держат только потому, что нет повода меня уволить, потому что им еще ни разу не удалось ко мне прицепиться, все они уже много лет так и норовят застукать меня…

– Кто они?

– Да все.

– Послушайте, Лоньон!..

– Да, господин комиссар!

– Пожалуйста, не считайте себя жертвой, которую все преследуют, – это просто смешно!

– Извините, господин комиссар.

– Да что вы стоите точно в воду опущенный? Взгляните хоть разок на меня. Ну вот, так-то оно лучше, так вы хоть похожи на мужчину. А теперь выкладывайте, в чем дело.

Лоньон не плакал, но от насморка глаза его слезились, он ежесекундно подносил платок к лицу, и это раздражало Мегрэ.

– Ну, я вас слушаю.

– Это случилось в понедельник, вернее, в ночь с понедельника на вторник.

– Вы дежурили?

– Да.

Было что-то около часа ночи. Притаившись, я наблюдал за происходящим вокруг.

– Где вы стояли?

– За оградой церкви Нотр-Дам-де-Лоретт, на улице Флешье.

– Выходит, на чужом участке?

– Нет, как раз на границе двух участков; правда, улица Флешье относится к третьему кварталу, но следил я за баром на углу улицы Мартир, которая входит в мой участок. Мне донесли, что туда по ночам захаживает один тип, торгующий кокаином. Улица Флешье плохо освещена и в такой поздний час всегда пустынна.

Вдруг из-за угла улицы Шатодэн появилась какая-то машина, резко затормозила и на мгновение остановилась метрах в десяти от меня. Люди, сидевшие в машине, меня не заметили. Дверца распахнулась, и на тротуар выбросили человека, точнее, труп человека; затем машина сорвалась с места и умчалась по улице Сен-Лазар.

– Вы записали ее номер?

– Да. Прежде всего я кинулся к трупу. Я мог поклясться, что человек этот мертв, но все же мне надо было в этом убедиться.