Мегрэ, Лоньон и гангстеры

– И все это произошло, как вы говорите, сегодня утром?

– Полчаса назад. Но двое из них приходили и позавчера.

– Как на это реагировал ваш муж?

– С тех пор я его не видела.

– Я еду к вам.

Мегрэ еще не верил в эту историю. Точнее, не совсем верил. Он почесал в затылке, сунул в карман две трубки и приоткрыл дверь в комнату инспекторов.

– Никто ничего не слышал последние дни про Лоньона?

Это имя всегда вызывало улыбку. Нет. Никто о нем не слышал. Инспектор Лоньон, несмотря на свое бешеное честолюбие, работал не на набережной Орфевр, а во втором отделе полицейского комиссариата Девятого округа, и его участок находился на улице Ларошфуко.

– Если меня спросят, я вернусь через час. Есть дежурная машина?

Он надел свое грубошерстное пальто, спустился во двор, где стояла полицейская малолитражка, и дал адрес Лоньона. Дождь лил как из ведра, и прохожие уже не обращали внимания на грязные брызги, которыми их обдавали мчавшиеся мимо машины.

Дом, где жил Лоньон, был ничем не примечателен, построен лет сто назад и, конечно, без лифта.

Вздохнув, Мегрэ поплелся на пятый этаж; дверь открылась прежде, чем он успел постучать, и госпожа Лоньон – у нее были красные глаза и красный нос – впустила его в прихожую со словами:

– Я вам так признательна, что вы пришли! Если бы вы только знали, с каким восхищением к вам относится мой бедный муж!

Это было ложью. Лоньон ненавидел Мегрэ. Лоньон ненавидел всех, кому посчастливилось работать на набережной Орфевр, ненавидел всех комиссаров полиции, всех, кто занимал более высокий пост.

Он ненавидел пожилых за то, что они были старше его, а молодых – за то, что были моложе. Он…

– Садитесь, пожалуйста, господин комиссар.

Госпожа Лоньон была маленького роста, плохо причесана и одета во фланелевый халат неприятного лилового цвета. У нее были синяки под глазами и вообще изможденный вид; она непрестанно подносила руку к груди, как это делают сердечники.

– Я решила ничего здесь не трогать, чтобы вы сами все осмотрели…

Квартирка была маленькая: столовая, гостиная, спальня, кухонька и туалетная комната – все таких размеров, что мебель мешала открывать полностью двери.

На кровати спал, свернувшись в клубочек, черный кот.

Мадам Лоньон ввела Мегрэ в столовую – было ясно, что гостиной они вообще никогда не пользуются. Все ящики буфета были выдвинуты, но там лежало не серебро, а какие-то бумаги, блокноты, фотографии. Видно было, что в них кто-то рылся: на полу валялись письма.