Мегрэ и строптивые свидетели

– С каких пор у вас отдельные спальни?

Арман Ляшом кашлянул и, повернувшись к следователю, все еще стоящему у дверей, произнес нерешительно, голосом робкого человека, вынужденного сделать над собой усилие:

– Я сомневаюсь, что комиссар имеет право задавать вопросы, касающиеся нашей личной жизни. Мой брат был убит сегодня ночью с целью ограбления, а нас все время расспрашивают только о том, что мы делали сегодня ночью.

Тень улыбки скользнула по лицу следователя Анжело.

– Я полагаю, что комиссар Мегрэ задает вам подобные вопросы как свидетелям…

– Я не люблю, когда беспокоят мою жену, и я не желаю, чтобы ее вмешивали в это дело.

Он сердился, как все застенчивые люди, которые редко высказывают свои чувства.

Мегрэ сказал мягко:

– Кто был главой вашей семьи, месье Ляшом?

– Какой семьи?

– Скажем, всех тех, кто живет в этом доме.

– Это касается только нас самих. Не отвечайте ему больше, Полет.

Мегрэ отметил про себя, что он не говорит жене «ты», но, возможно, так принято в определенном кругу, часто именно в этом и выражается снобизм.

– Если вы будете продолжать в том же духе, то вы еще, пожалуй, начнете допрашивать моих родителей, затем служащих и рабочих фабрики…

– Да, конечно, я собираюсь это сделать.

– Мне неизвестны в точности ваши права…

– Я могу вам дать разъяснение по данному вопросу, – вмешался следователь Анжело.

– Благодарю вас, но я предпочитаю продолжить этот разговор в присутствии нашего адвоката. Надеюсь, мне будет позволено вызвать его?

Следователь ответил не сразу:

– Ни один параграф закона не запрещает присутствия вашего адвоката.

Но я еще раз позволю себе напомнить вам, что вы и члены вашей семьи допрашиваетесь в качестве свидетелей и что в подобных случаях обычно не принято вызывать адвоката, так как…

– Мы не будем больше отвечать, пока он не придет.

– Как вам будет угодно.

– Я ему немедленно позвоню.

– Где у вас телефон?

– В столовой.

Столовая помещалась в соседней комнате, и, когда Ляшом открыл дверь, все увидели стариков, сидящих у камина, в котором слабо горел огонь.

Решив, что в столовую снова войдут чужие люди, старики хотели подняться и скрыться в глубине дома, но Арман Ляшом быстро прикрыл за собой дверь.

– Ваш супруг, мадам, по-видимому, очень потрясен случившимся.

Она сурово взглянула на комиссара:

– Это вполне естественно, вам не кажется?

– Братья были близнецами?

– Между ними семь лет разницы.