Мегрэ и убийца

Водитель был из тех, кто его знал: потому он и не возражал против короткого рейса. Выходя из машины, Мегрэ поднял голову и увидел свет в окнах своей квартиры. Когда он одолел последний лестничный пролет, дверь открылась.

– Не простудился?

– Кажется, нет.

– Я вскипятила воду для грога. Садись. Я помогу тебе разуться.

Носки промокли насквозь. Жена пошла за его домашними туфлями.

– Пардон рассказал нам, в чем дело. Интересно, как отреагировали родители? Почему поехал к ним ты?

– Не знаю.

Он занялся этим делом непроизвольно – потому что оказался в гуще событий, потому что оно напомнило ему годы, проведенные на улицах ночного Парижа.

– Сперва они даже не поняли. А вот сейчас наверняка сломались.

– Они молоды?

– Ему за сорок пять, но, по-моему, меньше пятидесяти. Жене нет и сорока, очень хорошенькая. Ты знаешь духи «Милена»?

– Конечно. Их все знают.

– Так вот, это их фирма.

– Они очень богаты. У них замок в Солони, яхта в Канне, они дают роскошные приемы.

– Откуда тебе-то известно?

– Не забывай: мне приходится часами дожидаться тебя, и я читаю иногда газетные сплетни.

Она плеснула в стакан рома, добавила сахарной пудры, положила ложечку, чтобы стакан не треснул, и налила кипятку.

– Ломтик лимона?

– Не надо.

Вокруг было тесно, но уютно. Мегрэ огляделся, словно возвратился из долгого путешествия.

– О чем ты думаешь?

– Как ты сказала, они очень богаты. Квартира роскошная – я таких и не видел. Они вернулись из театра, были оживлены.

– Раздевайся.

Все же дома лучше всего. Мегрэ надел пижаму, почистил зубы и четверть часа спустя, немного возбужденный грогом, лежал рядом с госпожой Мегрэ.

– Спокойной ночи, – сказала она, приблизив к нему лицо.

Он поцеловал ее, как делал это вот уже столько лет, и прошептал:

– Спокойной ночи.

– Как обычно?

Это означало: «Я разбужу тебя, как обычно, в половине восьмого и принесу кофе».

Он неразборчиво пробормотал «да», уже проваливаясь в сон. Ему ничего не снилось. А если и снилось, то снов он не запоминал. И сразу же наступило утро. Пока он сидел в постели с чашкой кофе, жена отдернула шторы, и он попытался проникнуть взглядом сквозь тюлевую занавеску.

– Дождь все еще льет?

– Нет, но, судя по тому, что люди идут, засунув руки в карманы, весна еще не наступила – что бы там ни говорил календарь.

Было 19 марта. Среда.