Симфония времён

В конце концов я упала на матрас, развалившись на нем и раскинув руки в стороны. Какая отвратительная ситуация…

Несомненно, я заставлю Верлена дорого заплатить за это оскорбление – так или иначе. Ни за что не спущу ему это с рук!

Я понятия не имела, что этот негодяй думает сделать со мной сегодня вечером, как собирается оправдывать гнусную уловку, к которой прибег вместе со своим братом. Тем не менее я брошу ему в лицо все, что думаю о нем и обо всем этом фарсе, как только он переступит порог, – уж в этом Тень может не сомневаться.

Осталось только обдумать и четко сформулировать свою гневную речь.

Увы, у меня в голове царила полная сумятица, и с каждым часом она все нарастала.

Какая в конце концов разница, даже если меня считают подстилкой Первого Палача Пепельной Луны? Я пережила тюрьму, пыталась убить своего тюремщика, а потом совершила побег – глупый и бессмысленный – через весь дворец.

Верлен сделал все возможное, чтобы меня спасти, только и всего. Разве можно винить его за это? Притом что отношения между нами очень сложные и запутанные…

И совершенно непонятно, к чему они могут привести.

Я с силой хлопнула себя ладонями по щекам и застонала от досады, а в животе словно затягивался тугой узел.

Я по-прежнему испытывала ненависть к Тени, этому заклятому врагу, чей образ я годами ковала в своем сознании. Вот только Первый Палач императора постепенно исчезал, превращаясь в Верлена, странного молодого человека, совершающего безумные поступки, так непохожего на злодея, которого я все время себе воображала.

При мысли о том, чтобы снова остаться с ним наедине, я испытывала одновременно нетерпение и ужас.

Я пыталась его убить.

Я сознательно причинила ему боль, хотя он ни разу не сделал ничего, чтобы мне навредить, лишь выполнял приказы богов, подчинялся их воле, как и все мы…

Верлен знал, что мною движет личная месть, что я заранее все продумала. Еще он знал, что я обладаю силами, которых у меня быть не должно…

Как он станет вести себя теперь? Неужели нелепая забота, которую он проявил ко мне в камере пыток, исчезнет и я наконец увижу его истинное лицо, лицо чудовища? Ведь я так долго этого ждала.

В довершение всего был еще тот невероятный поцелуй…

Ужасно, возмутительно, унизительно. Я испытывала отвращение к самой себе. И все же…

Нет!

Не следует думать об этом, это всего лишь заурядная мелочь, о которой Верлен наверняка уже забыл, учитывая, в каком состоянии он находился в тот момент.