Время доблестных

Пес приподнял массивную голову, сделал несколько шагов в сторону Аглаи, гавкнул и вернулся обратно. Что же такое он там нашел, что решил непременно показать хозяйке?

Осторожно ступая меж папоротников – все же сандалии не лучшая обувь для прогулки по лесу – Аглая пробралась ближе. И ахнула.

Под старой сосной ничком лежал человек. Лица Аглая не видела, но почему-то сразу подумала, что он мертв: живой разве будет вот так лежать в лесу? Но когда Бонифаций, ободренный присутствием хозяйки, ткнулся в него мордой, человек дернул рукой – видимо, пытался закрыться от собаки.

– Эй, что с вами? Вы меня слышите?

Человек слабо застонал и чуть шевельнул головой. Волосы у него были черные, кудрявые, довольно длинные, как у цыгана. Тут только до Аглаи дошло, что с перепугу заговорила с ним по-русски. С другой стороны, как ей было с ним разговаривать? Незнакомец не был похож на местного жителя. Хотя туристы тоже не бродят по горным лесам в белых брюках и в замшевых мокасинах на босу ногу.

Эта необъяснимая странность почему-то придала ей смелости. Аглая решительно взяла незнакомца за плечи и перевернула на спину, чувствуя себя если не отважной медсестрой на поле боя, то как минимум доброй самаритянкой. Мужчине на вид было чуть за сорок: в короткой бороде и на висках заметно пробивалась седина.

И тут Аглая чуть сама не упала – от удивления: это лицо ей было знакомо! И с русским она невольно угадала: человек, лежащий перед ней, прекрасно говорил по-русски, хоть и с небольшим романским акцентом – она сама это слышала, причем не так давно.

– Вы ранены? Что с вами? – судорожно сглотнув, спросила она.

– Голова… И плечо… – пробормотал он и снова попытался подняться.

Аглая помогла ему сесть и заодно осмотрела голову: чуть выше левого виска набухала приличная шишка. А в полушаге из земли торчал виновник шишки – толстый корень сосны. Бонифаций уселся напротив и настороженно наблюдал за хозяйкой и незнакомцем.

– Похоже, вы ударились головой о корень и ушибли плечо. Ну ничего, главное, что живы.

– Вроде живой, – кивнул мужчина и тут же болезненно поморщился. – Где я?

– В лесу. Вернее, в горах.