Песнь жар-птицы

Поэтому покормив и переодев ребенка, Ева взяла его на руки и тихонечко вышла из детской.

– Пусть папа поспит, а мы с тобой пока погуляем в зимнем саду! – бодро сказала она сыну, поправляя скособочившуюся шапочку: в коридорах особняка вечно гуляли сквозняки. – Ты ведь любишь смотреть на попугайчиков, да, Мишель?

Однако, едва спустившись на первый этаж, она столкнулась с Надин. Кузина, любившая поспать до полудня, как ни странно, была уже при полном параде: элегантный брючной костюм, волосы уложены, на лице легкий макияж.

– Доброе утро! Куда это ты собралась в такую рань? – поинтересовалась Ева.

– Доброе. Представляешь, вчера, уже после нашей вечеринки, обнаружила в телефоне сообщение, что запись программы перенесена на сегодня, так что к обеду я должна быть дома, – скороговоркой объяснила Надин. – Хорошо хоть увиделись – я уже думала, что придется уехать не попрощавшись!

– Все еще спят. Тоб и мальчики легли лишь пару часов назад…

– Ты передай всем от меня привет, ладно? Всем-всем! – Надин многозначительно скосила глаза вверх и налево, где находилась комната ребят.

– Передам… Только Климу вряд ли нужен твой привет, – не удержалась Ева.

Вот уже полтора года все тактично молчали об их отношениях, вернее, об отсутствии каких-либо отношений, опасаясь ранить скорее Клима, чем Надин. Но кто еще скажет правду, если не самая близкая подруга?

Надин поправила ремешок стильной сумочки, откинула со лба блестящую черную прядь и лишь тогда ответила:

– Хочешь сказать, он вчера не обрадовался, увидев меня?

Ева молча покачала головой.

– Но ведь уже больше года прошло, сколько можно страдать? – в голосе Надин звучало искреннее недоумение. – Ну не подходим мы друг другу, неужели он этого не понимает?

– Понимает… – Ева успокаивающе качала ребенка: тот уже кривил губки, готовый расплакаться. – Понимает и давно уже не страдает, уверяю тебя.

– Так почему же он ведет себя так, будто мы едва знакомы?

– Возможно, так оно и есть: Клим знал тебя другую… Ты прости, но мне кажется, что он в тебе разочаровался…

Надин не успела ответить – в дверях появился Кларк.

– Машина подана, мадмуазель Девон! – доложил он взялся за чемодан.

Надин порывисто обняла двоюродную сестру вместе с племянником.

– Ладно, мне пора…

– Надин, – Ева задержала на миг ее руку в своей, – ты ведь никому не расскажешь про папу?

– Нет, конечно! – фыркнула кузина.