Цветы пустыни

Под раскидистой кроной гигантского дерева было достаточно места для всех. Клим и Виктор заранее подсуетились: принесли четыре длинных доски, несколько чурочек и на скорую руку соорудили лавочки, составив их квадратом.

Едва они расселись, появились Кауницы – вчетвером, без детей. Аглая с трудом сдерживала волнение, и Эмилия встала, обняла её, усадила рядом с собой. Рауль устроился рядом с женой с другой стороны, и Селия поспешно пересела ближе к отцу, словно за три дня успела соскучиться. Двойняшки, не проронив ни звука, втиснулись между Евой и Элинор.

В итоге так получилось, что Теренс и Мастер Илларион оказались вдвоём на одной скамье. За всё это время никто и слова не проронил.

Наконец Мастер обвёл всех внимательным взглядом и остановился на Теренсе, который сидел слева от него с довольно мрачным видом:

– Начинай, Страж.

Старое прозвище или звание, прозвучавшее уже второй раз за день, словно пробудило в Теренсе другую, невидимую его сущность. Перед собравшимися предстал уже не гостеприимный хозяин уютной усадьбы, не известный писатель, не муж, отец, друг.

Семейный совет возглавил Страж Ключа – тот, кто пятьсот лет охранял доступ в убежище единорогов, по сути, последнее святилище Духа Земли.

– Благодарю, Великий Мастер, – коротко кивнул Страж. Титулы и звания здесь, в этом сказочном месте, в другое время были бы неуместны, однако в данный момент ощутимо подчёркивали важность события. Он так же, как до этого Мастер, обвёл взглядом собравшихся.

«Нас тринадцать… Не самое воодушевляющее число! – невольно подумалось ему.

 – Как будто мы навеки застряли в периоде трансформации*…»

*Число 13 в восточной астрологии и нумерологии обозначает переход на новый духовный уровень: от 12, «высшего балла» старого мира, к 14 – числа следующей ступени развития.

«До чего ж вы, люди, суеверны! – насмешливый шелест раздался в его голове. – Вечно вам знаки подавай…»

Страж обернулся: бесшумно переступая тонкими ногами, белоснежное существо вышло из тени молодых деревьев. Тот Самый! Люди стали подниматься, но гордая голова, увенчанная необычайно длинным сверкающим рогом, нетерпеливо мотнулась: мол, к чему церемонии? Встав по левое плечо Теренса, единорог замер в ожидании, словно мраморная статуя.

– Итак, нас здесь сегодня четырнадцать – хороший знак! – чуть заметно улыбнулся Страж, дабы как-то разрядить атмосферу. – Все уже слышали, что произошло – вернее, что произойдёт: наша Надин в беде, ей угрожает опасность. Что, где, почему – мы не знаем.