Предрассветный час

На вид ей было не то двадцать, не то сорок, с короткими спутанными чёрными волосами, в черных шортах и громадном, размеров на пять больше чем надо бы белом балахоне с чёрной выцветшей цифрой «0» на груди. Она сидела скрестив босые ноги по-турецки, и ноги эти, докуда видно, были покрыты синяками и ссадинами. Она была погружена в чтение, но никаких наушников Винсент не заметил.

– Доброго вечера, – как мог, вежливо, произнёс Винсент, но вышло всё же с ноткой враждебности, – Настолько интересная книга?

Женщина нахмурилась, и нехотя подняла на него глаза.

– Тебя разве не учили не шуметь в библиотеке? – спросила она безо всякой вежливости.

– Нет, зато меня учили не оставлять в беде тех, кто зовёт на помощь.

Она с шумом захлопнула книгу и весело рассмеялась, как будто Винсент рассказал ей смешной анекдот.

– На помощь? "Я, кажется, заблудился"? Да это про каждого первого. Что ж мне, всех спасать прикажете? Это не моя обязанность. И вообще ничья.

Винсент махнул на неё рукой и заторопился прочь, найдя глазами ближайшую дверь. И за что столько сумасшедших на мою голову, раздражённо думал он.

– Да ладно, постой. Ну, может, я не права. Просто я тебя первый раз вижу. Откуда мне знать, что тебе стоит помогать?

Винсент обернулся.

– Значит, это ты решаешь, кто достоин помощи, а кто нет? – сердито спросил он.

– Ну конечно. В тех случаях когда нужна моя помощь, решаю я, а как иначе? Или ты всем подряд помогаешь, без разбору?

Винсент задумался.

– Вообще-то говоря, нет.

– Ну вот, видишь! – заулыбалась неизвестная, – Это абсолютно нормально. А вдруг ты злодей? А я тебя спасу и тем самым стану поборницей зла?

– Ну, в целом, это логично, но уж больно… жестоко, не по-человечески. А вдруг я НЕ злодей? И тогда ты бросишь на верную смерть хорошего человека. Разве в таком случае ты не становишься… поборницей зла?

– Нет, не становлюсь, если только не я сама завела тебя в этот лабиринт.

– Ну ладно. Просто будем надеяться, что нам никогда не понадобится помощь друг друга, – заключил Винсент, чуть поклонился ей и вышел в коридор.

В самом деле, это перебор. Я бы даже сказал… передоз, думал Винсент, направляясь в сторону туалета, который, похоже, суть единственный оплот свободы в этом доме. Расстраивало, что он не взял никакой книги, но возвращаться назад было немыслимо.