За мечту. За Веру. За любовь

– А там правда не существует правил? – спросил Сашка.

– На самом деле правила в ММА есть, и они очень жесткие. Запрещены удары головой, в пах, в горло. И по позвоночнику. Конечно же, нельзя плеваться, щипаться, кусаться… – Ребята переглянулись и захихикали. – Вы зря смеетесь! Кстати, тыкать в глаза, уши тоже нельзя. И намеренно бить в рассечения. И еще нельзя бить ногами противника, когда он тремя точками опоры находится на ковре. Простые правила, правда же?

Парни согласно закивали, Аня и София переглянулись и недовольно сморщили носики.

Следующий час прошел в относительной тишине и сосредоточенной работе в партере. Макс показал несколько болевых приемов и новых узлов. Мальчишки, привычные к классической школе, ловили каждое его слово. Девочки же, включая Ладу, отнеслись к основам грэпплинга с опаской. И я была полностью с ними солидарна.

По старой традиции каждая утренняя тренировка сборов заканчивалась дружеской потасовкой "стенка на стенку".

В коротком забеге выиграл Митька, заслужив себе право быть первым.

– Максим Александрович! – заорал парень как сумасшедший. Под общий хохот Макс пересек зал и встал за спиной своего капитана.

– Лада! – сделал свой выбор Сашка.

– Соня! – поторопился разобрать лучших бойцов его соперник.

Влада выбрали предпоследним.

Когда команды были сформированы, а ребята судорожно поправляли куртки и пояса, Анечка вдруг произнесла тихо:

– Владислав Витальевич, можно я не буду участвовать? У меня нога болит.

– Сильно болит? – уточнил Влад, скептически оглядывая девочку.

– Сильно, – твердо проговорила Аня. – Потянула.

Владислав кивнул, принимая ответ.

– Свободна. Посиди рядом с Верой.

– Но тогда у нас будет на одного человека меньше! – возмутился Максим Александрович.

– Будет, – согласился Влад. – Но мне кажется, что Максим Александрович стоит двоих. Правда, бойцы?

– А вот и нет! Ничего не знаю! – заартачился новый тренер и добавил: – И у нас есть Вера Витальевна.

– Вера не участвует, – отрезал Влад.

– Вера Витальевна, может быть вы сами примите решение?

В голосе Русанова сквозила неприкрытая усмешка. А еще неясное предложение чего-то большего. До сих пор неизвестного, но от этого не менее желанного.