Миссия «Ганимед»

Глупо было ожидать, что он получит все ответы сразу, но уже начал догадываться: жандармов интересовало местонахождение базы. Какой базы? Ещё во время службы на Лигее Гейб знал о существовании сопротивления: повстанцы устроили диверсию на одном из объектов комбината, но по горячим следам задержать виновных не удалось.

Тогда Гейб находился на стороне стражей правопорядка – к тому же погибли рабочие, – но в глубине души не оставлял попыток оправдать подобные поступки: сам был не в состоянии протестовать открыто, хотя отношение к персоналу и условия труда оставляли желать лучшего.

Как и общая политика владельцев комбинатов, с каждым годом всё туже затягивающая ремни на шеях людей, которым некуда деваться с Титана.

Конечно, наличие повстанцев на юге казалось логичным, просто Гейб теперь не вникал: не его ума дело. Да и бригадиры избегали при нём откровенных бесед, памятуя о статусе бывшего жандарма, чего говорить о рабочих.

По факту Гейб не представлял опасности и ничего не собирался передавать выше – именно из-за несогласия и уволился, хотя сейчас, наверное, имел бы возможность обратиться за медицинской помощью: высока была вероятность, что одобрили бы лечение в госпитале на Марсе.

Но Гейб уходил из жандармерии, не думая о будущем. И всё равно ни о чём не жалел.

Избавившись от скафандра, Гейб осмотрелся: интерьер катера показался ему армейским, а сквозь толстые слои ментального шлака проступила почерпнутая ещё в училище информация – скорее всего, это штурмовой бот.

Как он оказался в руках гражданских – сомнений тут не было, – Гейбу только предстояло узнать, но здоровяк Молли, несмотря на суровую наружность, военного поведением не напоминал. О Рике и говорить не стоило – юнец был худосочным, но не истощённым, а вполне здоровым и довольным жизнью. Даже жизнерадостным – в первую очередь бросилось в глаза, Гейб просто забыл, что так в принципе бывает.

Носивший волнистые волосы в хвостике Молли наблюдал за телодвижениями Гейба с лукавой улыбкой, почёсывая короткую бороду с проседью, но помощи не предлагал.

Одежда у его спасителей тоже отличалась от виденного ежедневно, слишком чистая и разноцветная, а вот Гейб, сняв скафандр, остался в заштопанном нижнем комбезе, выглядевшем максимально непрезентабельно.

– Есть будешь? – спросил Молли, когда Гейб встал в полный рост, но от слабости пошатнулся и зацепился за переборку, чтобы не упасть.