Онлайн

Запрещаю себе думать о Соловьеве, который тут как тут в после вчерашнего, как будто у нас действительно что-то было.

Слышу, что следом за мной увязался неизменный поклонник.

У Ленки вот нормальные поклонники, цветы носят, абонемент в спортзал обновляют. А у меня… парковый бегун в вязаной шапочке.

Кажется, у Тофика что-то с головой. С детства. Но Тофик вырос, как и его тело, и мужские инстинкты гонят его вперед. Правда, куда и зачем, Тофик вряд ли понимает.

Он безобидный, этот Тофик с вечной кривой ухмылочкой.

Только бежит следом, пялится на мою задницу, а потом сворачивает в кусты, когда терпеть уж нету сил.

Руки он никогда не распускает, хотя летом то еще удовольствие, когда он за девушками по всему парку таскается шаркающей походочкой, как полоумный зомби. Иногда он и в кусты-то спрятаться не успевает, так штаны и приспускает посреди парка… Много раз его забирали, увозили в полицию, но толку. У него и справка имеется.

Этим сырым осенним утром я – основная цель Тофика.

Других в парке нет, а кто есть, у тех тела скрыты бесформенными пальто и плащами. На мне же обтягивающие леггинсы и водолазка, конечно, он выбирает меня. Я даже киваю Тофику и бегу вверх по аллее, мимо пустых детских площадок. Слышу его хриплое «ы-ы-ы» позади. Его сальный взгляд чувствую даже спиной.

Должно быть, Тофик в отличной форме, раз бегает почти наравне со мной почти каждый день.

Врубаю музыку в наушниках на полную и бегу, позволяя туманной мороси освежать горящие щеки.

Сегодня проведу два шоу. Одно с рукой, второе с игрушкой. И ни за что не буду думать о Соловьеве.

Стоит подумать о нем, как соски становятся твердыми. Спортивный лиф не скрывает того, как они топорщатся. Редкие собачники-мужчины провожают меня глазами.

Нужно выкинуть его из головы.

Как можно скорее.

Лучше Тофика буду представлять на его месте, тогда смогу нормально провести шоу в заданных временных рамках, а не кончать на первых же порах. Это ужасно непрофессионально.

Со мной никогда такого не было.

От мысли, чего этот мужчина может добиться, если коснется меня по-настоящему, спирает дыхание. Пришлось даже остановиться, ведь бегать на задержке дыхания – невозможно. А когда я думаю о Соловьеве, то перестаю дышать. Замираю. Превращаюсь в сплошной оголенный нерв.

Коснись он меня – и я тут же взорвусь.

Слышу, как шуршит в кустах Тофик. Конечно, встала к нему задницей, согнувшись пополам и опершись руками в колени.