Невеста моего сына

 – Сейчас я сделаю так, чтобы ты расслабилась.

Но я почему-то дернула плечом, не давая ему снять с меня пальто.

– Да что теперь-то началось?! – рявкнул Адам.

– Нет настроения. Прости… Я, наверное, поеду.

– И куда ты поедешь, ненормальная? Там к утру разве что расчистят. Нормально же все было, что случилось?

– Просто я… Не понравилась твоему отцу. И…

– Глупости.

Адам легко поцеловал меня в щеку и снова потянулся к верхней одежде.

– Раздевайся, Саш, – промурлыкал он. – Уже полночь.

– А где твоя мама, Адам?

Он резко отстранился.

– Нет, ты серьезно? Я не хочу говорить об этом сейчас! Я вообще не хочу больше говорить ни о чем, Саш! Я хочу оказаться в постели со своей девушкой, но ты сегодня просто невыносима!

– Просто ты никогда не рассказывал о своей семье.

Адам шумно втянул воздух через нос.

– Не о чем рассказывать. Мама умерла от рака, когда мне было три. А отец всю жизнь работал, попутно пропадая на месяцы в разных частях света.

– Да так… А у них с Аленой все серьезно?

– Мне-то откуда это знать, Саш? – всплеснул руками Адам. – Короче, понятно. Я в душ, потом спать.

Он развернулся и ушел в ванную комнату, оставив меня одну в коридоре.

Я посмотрела на летние туфли, голые ноги и пальто, которое не могло согреть, учитывая, что под ним я была почти что голая. И даже позвонить некому, чтобы меня забрали и увезли домой.

Нехотя стянула пальто, нашла тапочки и прошла на кухню. Поставила чайник, обхватила себя руками и посмотрела на снежную сказку за окном. Хлопнула дверь ванной, но на кухню Адам не зашел. Сразу пошел в спальню, а после выключил свет.

Наша первая ссора. В его день рождения. Класс.

И «благодарить» за это надо Одинцова-старшего.

Одинцов

– Куда теперь, Николай Евгеньевич? – спросил Гриша, когда я вернулся в машину.

– К университету, Гриш, – ответил я, расстегивая пуговицы пиджака. – Последняя остановка на сегодня.

– Понял.

Откинулся на спину, на миг прикрыв глаза, пока он вливался в городской трафик. Голова гудела. На пребывание в Москве я оставлял слишком мало времени, а поэтому за тот короткий период нужно было решить так много вопросов, что в сутках едва хватало часов. Этим я и занимался последние несколько дней, прошедших с моего возвращения.