Как я босса похитила

Ничего она этим похищением не добьется, потому что Оля не представляла, как теперь работать с человеком, у которого такой идеальный член.

– Хотела узнать, какой ты человек, Воронцов, – тихо сказала Оля. – Знаешь, сколько разговоров о тебе было, когда только узнали, что «Пламя» твоим станет? Так ждали тебя, так готовились к открытию. Еще и ремонт этот, – Оля вздохнула и провела руками по пятнам краски на одежде. – А ты… Скольких вчера уволил, хоть помнишь?

Прищурил стальные глаза.

– Так ты из клуба. Из кодлы работников, которые на Иваныча впахивали… Пригрел на груди змей.

Поверил бывшему директору, что коллектив добренький, слаженный, ни в коем случае не меняй, говорит. Тьфу какой коллектив! Осиное гнездо разворошил.

Значит, бывший директор после того, как клуб проиграл за долги, просил за них у Воронцова. Предсказуемо, если честно.

Иваныч хоть и заядлым картежником был, но широкой души человек. Пил, пропивал целые состояния, но людей никогда с грязью не смешивал. И уж точно не позволил бы себе, как Воронцов уволить лучшего работника нескольких лет кряду вот так, не оборачиваясь и не удостоив даже взгляда.

Впрочем, это Иваныч Олю никогда бы не уволил. А Воронцову она кто? Никто.

– Имя! – потребовал он. – Быстро назвала свое имя.

– Да иди ты в задницу!

– А я там уже был, помнишь? – протянул он с довольной улыбкой. – Вчера был. Где-то тут поблизости должно валяться детское масло, которое и помогло мне проскользнуть так глубоко, что аж дыхание сперло.

А уж как ты от этого извивалась…

А все-таки хорошая идея была с коробкой!

Щеки у Оли вспыхнули так, что аж жарко стало. Не увидит этот гад, как ей стыдно за вчерашнее. Ни за что на свете!

– Можем повторить, если тебе так понравилось, – продолжал Воронцов с наглой усмешкой. – Правда, у меня презервативов не осталось, но может, у тебя найдутся? Девочка вроде взрослая. Не верю я в твою историю со слесарем и выброшенной в окно одеждой. Меня ты хотела, ненасытная похитительница.

Так бы сразу и сказала. Давай оторвемся на прощание и потом я уйду. Обещаю не преследовать. И эту бурду с похищением тоже забуду.

Оля облизнула губы под коробкой.

– Хорошо тебе со мной было? – прошептала она.

– Очень, Хлопушка, – хмыкнул он, и Оля вспомнила, что именно это поперек коробки на ее голове и написано.

Издевается, значит.

– Повторить хочешь, Воронцов?

– Очень.

– А силенок-то хватит?

– Если потом еще и накормишь, то хватит.