Горячее северное лето

Таисия понимала, что ей стоило наплевать на семейные обязательства и бизнес и развестись с Федором Бестужевым. Лет так хотя бы на десять. Если бы она обрела свободу в тридцать, у нее еще оставалось бы время на то, чтобы попробовать построить личную жизнь заново.

Она вышла замуж в восемнадцать и почти сразу же родила. Следом потянулся тот безрадостный для любой женщины период, когда молодость приходится усмирять материнскими обязанностями, особенно тяжелыми, если заботу о первом ребенке приходится тянуть в одиночестве.

Теперь же Бестужев добился своего – занял долгожданное кресло в министерстве, а личной жизнью Таисии, которая обрела наконец свободу, могли быть только такие мужчины, как Джей.

Вообще его звали Сергей, но однажды на паспортном контроле мексиканский таможенник прочел транскрипцию sergey, как – Сир Джей. С тех пор и повелось. В городе, где Серег было как грязи, Джей звучало куда круче, кто ж спорит.

Такие мужчины, как Джей, большую часть времени проводили или в спортзале, совершенствуя тело, или в постели. Конечно, раздевшись, Джей поражал женское воображение. Особенно, если вспомнить, как выглядели без одежды бизнесмены, которые давно платили женщинам за любовь, а значит, не имели никакого стимула следить за собой. Их успехи в постели и вовсе глупо было сравнивать.

Деньги испортили мужчин ее возраста. Теперь они покупали любовь и совсем не умели любить просто так.

Таисия часто слышала от своего сына Марка после его неудачного первого брака, что любви не существует. Он злился на жизнь и на женщину, которая подвела его. Таисия хотела бы переубедить сына, но у нее самой за спиной был только неудачный брак и несколько неудачных романов после развода.

И все же жизнь идет навстречу молодым, и ее сыну выпал еще один шанс – Марк Бестужев заполучил и любовь, и настоящую семью, и Таисия была благодарна судьбе за это, хотя давно уже перестала просить нечто подобное для себя.

Возможно, именно свадьба Марка и Веры, на которой Таисия присутствовала на исходе декабря и сделала ее такой сентиментальной, думала она, вдыхая морозный воздух.

А может быть, способность любить после сорока просто атрофируется? Как раз перед поездкой врачи нашли у нее песок в почках.