Матрешка в Лондоне

И вот он, такой смущенный, немного ошарашенный обрушившейся на него еще в самолете русской реальностью, в простецкой кожанке и джинсах, высматривает меня в толпе, близоруко щуря глаза.

Я спрятала лицо за табличкой. Мне было страшно, безумно страшно. Вдруг он окажется не таким, каким я себе его надумала? Все же фотография дает довольно расплывчатое представление о человеке. Я смотрела в пол и увидела, как ко мне приблизились респектабельные английские ботинки. Издав нервный смешок, я выглянула из-за таблички.

Это был он. Мы долго смотрели друг на друга. Как странно видеть человека впервые после того, как общался с ним целый месяц в эпистолярном жанре, который зачастую предполагает большую откровенность нежели «живые», не виртуальные разговоры. И все же вот он, Фред, мой смешной и непосредственный парень из интернета.

Фред склонился ко мне, чтобы поцеловать в щеку в знак приветствия. Я позволила себя поцеловать, чуть коснувшись рукой его шеи.

Потом мы посмотрели друг другу в глаза. И улыбнулись. А потом хором сказали:

– I’m so glad![2 - I’m so glad – Я так рад(а), перевод с английского.] – и засмеялись.

4

Мы решили, что ему лучше будет поселиться для начала в отеле, чтобы мы не смущали друг друга постоянным присутствием и имели пути к отступлению в случае, если один из нас все же разочаруется в другом. К тому же, несмотря на то, что мы уже так много знали друг о друге, мы все еще пребывали в конфетно-букетной стадии и нам только предстояло наше первое свидание, а за ним и все остальные.

Однако Фред почти не появлялся в своем номере, а на третий день вообще забрал свои вещи и переехал ко мне. Мы поняли, что оба нашли то, что искали. Если бы это произошло не со мной. Я бы ни за что не поверила в такую историю. И все же это было реальностью.

Его совсем не шокировала моя крохотная квартирка и примитивные бытовые условия. Домашний монстр под названием «колонка» даже понравился ему, он с радостью научился ее включать.

Фред курил, но обещал бросить, как только я приму его предложение руки и сердца. Потому что для него важно, чтобы мать его будущего ребенка не подвергалась вредному воздействию дыма. Он часто заговаривал о ребенке, я видела, что он по-настоящему готов стать отцом, не просто потому что он хочет детей, а потому что он без ума от меня.

Было здорово показывать ему Москву.