Ядовитая вода

– Сейчас организуем ДТП, и все будет тип-топ! – пообещал Зигмунд, вынимая из кармана куртки сотовый телефон.

Быстро проговорив длинную фразу по-литовски, которая могла одновременно означать и сдачу Романа погранцам, и объяснение в любви, Зигмунд улыбнулся и махнул рукой, показывая, что можно ехать.

– Давай по встречной полосе к КПП! – приказал он, повернувшись назад.

Кресло в машине заскрипело и наклонилось вправо под его мощным телом.

В зеркало заднего вида Роман заметил, как с их полосы, метрах в пятидесяти сзади, выехал длинный грузовик «Вольво», разом перегородив всю дорогу.

Водитель, здоровенный мужик в черной кожаной куртке, выскочив из кабины, виновато развел руками.

Проскочив до КПП, Зигмунд спокойно вышел из машины и, облокотившись на пограничный шлагбаум, заговорил с литовским пограничником.

Пограничник на российской стороне, мельком взглянув на затрапезную машину Романа, брезгливо скривил губы и прямо на капоте поставил штамп в паспорте. То же повторилось на литовской стороне.

Роман с облегчением выехал на прекрасное шоссе и взглянул в зеркало заднего вида.

Сразу за «жигуленком» шлагбаум переезжала черная «Шкода», но ни всполохов полицейской мигалки, ни летящих вдогонку автомобилей видно не было.

Проехав километров тридцать уже по литовской земле, Роман услышал трель сотового телефона.

– Ты был прав, Роман, на тебя объявлен розыск. Брату скажешь об этом. За штуку баксов он тебе нарисует новые ксивы на тебя и машину. Ты телефон моего брата Генриха ведь знаешь? Старайся моими баксами по дороге не расплачиваться, – намекнул Зигмунд.

«Скотина этот Зигмунд! Фальшивые баксы мне впарил!» – понял Роман, запихивая свернутые деньги подальше в бардачок.

Дорога ложилась серой лентой под колеса «жигуленка», который скромно держался правой стороны дороги. Роман спокойно провожал глазами стремительные иномарки, обходящие «Жигули».

Через сто километров встречная синяя грузовая «Вольво» замигала фарами, призывая остановиться.

Взяв вправо, Роман остановился прямо на обочине.

Из грузовой машины с пассажирского сиденья выскочил Генрих и побежал к «жигуленку».