Тайное частное расследование

Моя мама знала о его семейном положении и, соответственно, только играла роль жены, даже не думая о том, что между ними могут возникнуть близкие отношения. По ее рассказу, она долго отказывалась от этой командировки. Отец тоже просил изменить легенду. Ему совсем ни к чему было обзаводиться новой семьей. Но начальство сочло их аргументы не убедительными, а задача, которую ставили перед отцом, могла быть более успешно решена именно при выдуманных обстоятельствах.

Приехав в пункт назначения и решив все проблемы по трудоустройству и проживанию, пара договорилась, что они станут выполнять задание правительства, но мужем и женой будут только фиктивно.

Однако через год совместной работы мама влюбилась в отца по-настоящему, да и он понял, что Наденька и есть та единственная женщина, которую он полюбил искренне и без которой свою жизнь уже просто не мыслил.

Но ведь он был женат, и его ждала дома женщина, которая родила ему дочь, и которая была совсем не виновата в том, что ее муж трудился в области очень специфической.

Жизнь пары продолжалась все также. Они оба боялись признаться друг другу в своих чувствах, но, когда пришла пора расставания, они не смогли просто так расстаться.

Отец уехал в Москву к своей семье, а маму переправили в Брюссель.

Через девять месяцев у нее появился я.

Их непосредственным начальником был добрый и порядочный человек. Он помог реализоваться маме на начальном этапе и прекрасно все устроил для нас. Он добился командировки отца в Брюссель и посвятил его в последствия их предыдущей поездки.

Знать, что у тебя родился сын от самой желанной и близкой по духу женщины и оставаться вдали от нее, было трудно. И отец делал все возможное, чтобы встречаться с нами пару раз в год. Он материально поддерживал маму, отдавая все свои заграничные сбережения для воспитания ребенка – меня.

Отец для меня самый достойный человек на земле. Вам, наверное, представить это невозможно. Но мы с ним были непросто родными людьми, мы были настоящими друзьями.

Он замолчал и сделал вид, что задремал.

Мы простились при выходе из самолета, обменявшись телефонами.

И я, приехавший делать ответственный доклад на конференции, не мог думать ни о чем другом, кроме этой удивительной встречи. Мне так много хотелось задать ему вопросов, но я не мог их задать, боясь показаться ему бестактным. Более того, я боялся спугнуть его. Ведь, если он был перед Рождеством в Москве, подозрения Алексея могли подтвердиться.