Волшебный хлеб. Сборник рассказов

В ответ Босс пообещал навестить именинника и убедиться в исполнении обещанного. Затем шеф поблагодарил устроителей банкета и всех присутствующих, пожелав, как можно чаще встречаться с коллегами в неформальной обстановке. Банкет закончился, и я с облегчением вздохнула, сбросив с плеч неприятные для меня хлопоты.

Прошло около трех месяцев после банкета. Шеф сильно похудел и все время ходил мрачный и чем-то озабоченный. Но я считала, что при его рабочей нагрузке он, видимо, сильно устает, и не придавала его виду особого значения.

Однажды придя домой и быстро приготовив ужин для своих домочадцев, я уселась передохнуть от домашних забот в кресло с книгой в руках, как тут же раздался звонок телефона. Я с большим неудовольствием подняла трубку. Звонила жена Евгения Петровича, Галя, с которой мы были в дружеских отношениях, нечасто, однако, обременяя друг друга телефонными разговорами.

–Машунь, привет! – сказала Галина. – Я тебя не оторвала от дел?

–Нет, – ответила я. – Минут двадцать я в твоем распоряжении, – сразу ограничила я продолжительность разговора.

– А что будет через двадцать минут? – поинтересовалась шефиня. – Но я не успела ответить, так как она заявила, – ладно, уложусь в отведенное время, ваша светлость!

– Ну, давай! – позволила «моя светлость».

– Скажи мне, только честно, Маша, тебе понравилась картина, которую Босс со «своей» подарили Жене?

– Нет, – честно ответила я.

– А почему? – заинтересовалась Галина.

– А что там, собственно, может понравиться? Я, конечно, не знаток живописи, но мне больше по душе пейзажи, натюрморты.

– Вот именно! – одобрила мой вкус жена шефа. – Зачем «этой» нужно было дарить Жене портрет какого-то колдуна?

– Не знаю! Может у нее вкус такой и ей эта картина очень нравится?

– Черта с два! – заявила моя собеседница. Эту картину она подарила с каким-то недобрым умыслом.

– С чего это ты так решила? – опешила я.

– Ты не поверишь, но эта картина меня удручает. Она несет нам страшную беду, чует мое сердце!

– Да ладно тебе, не нагнетай обстановку! – старалась я успокоить Галю.

– Я и не выдумываю, но факты упрямая вещь! Женя просто на глазах тает, ходит ужасно подавленный, стонет ночами, или встает и идет в зал, ложится там на диван под картину, и через полчаса мы имеем сердечный приступ. Уже дважды неотложку вызывала.

Позавчера привела я к нам со школы внука, веселенького, здоровенького.