Лешая

Нужно будет выяснить название и поглядеть, когда снимут. Актеры, похоже, играют знаменитые».

Она вгляделась в красивые лица брюнетки и министра. Знакомыми они не показались. Должно быть, грим всему виной…

– Иди в дом, Яра, проверь, – грозно приказал заносчивый мужчина. – И если этой твоей лешей там не будет, лишу месячного жалования и ее, и тебя!

– Да-да, конечно, – залебезила черноволосая Яра, лихо спрыгнула с лошади и (о, ужас!) быстрым шагом направилась к домику.

Санька испуганно прянула от двери вглубь помещения, к кровати, на которой беззаботно спала Альбинка.

Разбуженная чужими голосами, девочка начала просыпаться, залепетала спросонья:

– Мама, кто там пришел?

– Тс-с-с. – Санька подскочила к дочери, быстро обняла ее и прижала палец к губам. – Мы играем в прятки. Посидим тихонько, Аль. Ладно?

– Ладно…

Тут же с крыльца донесся недовольный шепот:

– Листвяна, ты зачем меня так подставляешь? Ты тут вообще? Что все это значит?

Дверь открылась. Брюнетка влетела в комнату и застыла.

Ее лицо, перекошенное от гнева, при виде Саньки с Альбинкой плавно перетекло в гримасу полного недоумения. – Ты кто? Что тут забыла? Еще и с ребенком? А Листвяна где? – прошипела она ошарашено.

– И-извините, – заикаясь от волнения, пробормотала Санька. Перед напористыми незнакомыми людьми она всегда поначалу робела и не могла нормально связать двух слов. – П-простите. Мы с дочерью тут случайно оказались… Заблудились… И застряли…

– Значит, так.

 – Брюнетка сверкнула черными ведьмовскими глазами. – Ты идешь со мной, – приказала Саньке. – А ты сидишь тише воды ниже травы. И ни звука, – бросила Альбинке.

Та радостно кивнула, с восторгом разглядывая чудной костюм требовательной незнакомки: длинное черное платье, обшитое алой тесьмой, полосатые чулки и полусапожки с вздернутыми носами и широкими короткими голенищами. За спиной – шелковый плащ с алым подбоем.

– Куда идти? – растерялась Санька. – Я ведь не…

Она хотела сказать: «Не актриса».

– Знаю, что не лешая, не Листвяна, но наш хмырь-министр про это не в курсе. Выручи меня, я в долгу не останусь.

Санька обреченно кивнула:

– Что мне нужно делать?

– Ничего. – Яра сняла с сучка, что торчал в стене, служа вешалкой, буро-зеленый плащ (Санька даже не знала, что он там висел, такой неприметный), протянула. – На, накинь. И молчи. Просто стой – глаза в землю. Я сама все скажу. Попрошу согласиться – поддакни.