Жажда жизни

Жажда жизни

Жанна Ди

Они вошли в старенький дом, прячась от смертельных лучей солнца, но встретили там не тишину, а спящее зло, жаждущее жизни. Их жизни.

Жанна Ди

Жажда жизни

Четверо молодых людей остановились перед подъездом обветшалой пятиэтажки. Небо раскрасилось предрассветными лучами, около дома – засохший кустарник, на его блеклых листьях поблескивала роса. Девушка-пацанка облизнулась, но с места не сдвинулась.

– Ну? – парень в униформе цвета хаки топнул по пыльной дорожке берцем.

Четыре пары глаз пробежались по зданию: треснутые окна, облупленная штукатурка, козырек над единственным подъездом съехал на левый бок, ступеньки у крыльца выглядели рыхлыми, вызывали сомнения, выдержат ли, если на них наступить…

Блондинка поправила лямку цветастого сарафана, и первая двинулась к перекошенной подъездной двери. Хруст бетонной крошки прозвучал в предрассветной тишине слишком громко, ребята завертели головами, пытаясь понять, что происходит, а блондинку звук подтолкнул поспешить и дернуть дверь подъезда, та прошуршала по основанию крыльца и застряла.

– Да хорош вам. Лучше уж в этой развалине сныкаться, чем ждать, когда солнечные лучи испепелят нас, как и… – голос блондинки оборвался, стоило ей пересечь порог.

Пацанка шагнула к крыльцу, но ее за руку поймал парень в рваной футболке.

– Инга, стой. Дай нам все с Егором проверить для начала.

– Да пошел ты, Тимур, – Инга скинула его руку, скривив лицо, а многочисленный пирсинг придал выражению еще больше грозности.

– А-а-а-а, – крик заставил поежиться. – А-а-а-а. – Он нарастал, он шел будто сразу со всех сторон и кружился стаей голодных воронов. – А-а-а-а. – В нем сплетались голоса мужчин, женщин, детей. – А-а-а-а.

Инга побежала к двери и скрылась за ней. Парни переглянулись.

– Выбора нет, – подмигнул Тимур и отправился за девчонками, звучно шлепая по пяткам сандалиями со сломанной застежкой.

Егор обернулся и пошел к дому спиной, всматриваясь в пустырь, который они за ночь преодолели. Ни одного здания рядом, выбора и правда нет или зайти в странную пятиэтажку, или рыть себе яму, потому что солнце на рассвете жгло так, что хотелось выть и сдирать с себя кожу живьем.

В подъезде воняло затхлостью, Егор, приоткрыв губы, дышал через рот и бегло осматривался.