Стрела любви попала в ногу

Прохожие подумают, что ты подрабатываешь аниматором на детских праздниках. Или ещё хлеще – тамадой на свадьбе.

– Там…тамадой? – повторила я новое слово.

Аид легонько подтолкнул меня в спину:

– Идём, госпожа-купидон. Не робей.

– Я не робею! – храбро приосанилась я.

Мы завернули за угол. В уши ударил шум городских голосов, а ещё странных колесниц, которые мчались по дорогам без лошадей! Эти колесницы фыркали, жужжали и издавали резкий звон, когда не могли проехать вперёд.

– Автомобили, – кратко пояснил Аид.

– А где лошадки? – тихо спросила я.

– Лошадки под капотом, – улыбнулся парень.

– Земля такая гладкая и удобная! – притопнула я сандалиями.

– Это называется асфальт, – ответил он.

– А что там за угловатые башни на горизонте?

– Небоскребы. В них на каждом этаже живут люди.

– Им там не тесно? – ужаснулась я.

– Тесно. Но ко всему можно привыкнуть, – пожал плечами Аид.

Он терпеливо объяснял мне устройство современного города. Рассказывал, что такое кофейня, остановка и заправка.

Мы остановились перед странным столбом, на котором мерцали три огня разного цвета: красный, желтый и зелёный.

Аид наклонился ко мне и многозначительно пояснил, как маленькой девочке:

– Запоминай. Через дорогу можно переходить только на зелёный свет.

– А иначе что? – спросила я.

– А иначе из светофора вылетит фея и настучит тебе по голове молоточком.

– Вранье! Феи и купидоны – дружные народы.

Аид усмехнулся:

– Шучу конечно. Машина тебя собьет! Вот что случится. Современные лихачи даже кентавра размажут, как комара.

– Жуть какая, – поёжилась я.

Загорелся зеленый свет. Аид аккуратно взял меня под локоть и перевел на другую сторону улицы.

Мы зашагали вдоль небольших зданий, передняя стена которых состояла из чистого стекла! За стеклом сверкали полочки, уставленные всякой всячиной.

– Это витрины магазинов, – ответил Аид, опередив мой вопрос.

На одной витрине выстроились восхитительные штучки из слоёв, крема и фруктов.

– Это пирожные и торты. Словом, сладости, – сказал Аид.

– О! Сиаре бы здесь понравилось. Она такая сладкоежка! Постоянно жуёт финики или пчелиные соты.

– Кто такая Сиара?

– Моя младшая сестренка.

– У тебя есть сестра? – лицо Аида заметно смягчилось.

– Да. Она совсем малышка. Её пятьсот лет.

– Ничего себе, малышка! – изумился Аид.

– Ну… в человеческом летоисчислении, это лет пять.