На обочине мироздания

Исабель вместе Мари снизошли со ступеней лестницы и миновали несколько громоздких автомобилей дома Морелов, возле которых скучали бездейственно слуги в деловых костюмах из числа охраны, что не сразу признали в Иглесиас юную госпожу.

– Дон Гарсия взялся за такой чудный пейзаж, поэтому он еще долго не появиться, – шутливо рассказала Исабель, ответив на вопрос хорошо знакомого ей дворецкого, который поспешил поприветствовать формальным поклоном Леклер.

– Вот как, – прокомментировал отстраненно дворецкий, на его ремне под пиджаком проглядывалась время от времени толстая кобура на манер тех, что юные дамы могли увидеть в кинофильмах о ковбоях и диком западе.

 – Даже подполковник Фош нашел в этом возможность отлучиться, – сообщил задумчиво мужчина, перед тем как закончить разговор и откланяться.

Угловатые тела боевых кораблей вдали за пятнами черепичных крыш застыли неподвижно в одном ряду у оконечности живописной бухты, Леклер все наблюдала увлеченно за колышущимися на ветру над крошечными башнями командных рубок флагами пятой республики, словно бы молчаливые орудия судов хранили спокойствие на всем архипелаге.

Мари ступала вслед за Исабель в открытых туфельках, чьи короткие каблуки звонко стучали от каждого прикосновения к вековой брусчатке тротуара на центральном проспекте. Магазины и прочие заведения здесь не закрывались даже на время сиесты, точно бы во всем подражая городам заморской метрополии.

– Дорогая, а ты не думала, что тот приятный незнакомец, Венсан, на самом деле моряк? – спросила вдруг без причины Иглесиас, от чего Леклер сначала увидела в словах подруги тень насмешки, аккуратные карнизы над их головами с математической точностью прилегали к карнизам соседних двухэтажных домов.

– Он вовсе не похож на моряка, хотя европеец, – возразила справедливо Мари, когда подруги прошли мимо красочных афиш местного театра, где с завидной регулярностью ставят постановки именитые мексиканские коллективы.

– Я знаю, что он не военный, как брат Дарсии, и не француз, как ты, – с легкой усмешкой заверила Исабель, пальмовая аллея перед фасадом губернаторского дворца за спинами юных дам почти пропали из виду.

– Хотя бы обошлась без упоминаний Густаво, – по-дружески попрекнула спутницу Леклер, старый островитянин на смешном мотоцикле с крышей в цвет шахматной раскраски такси зазывал клиентов.

– Постой, – поспешила уверить дорогую подругу Иглесиас. – Архипелаг стал излюбленным местом для океанографов со всего света.