Запах скошенной травы

А латынь легла в основу всех европейских языков, и в том числе немецкого, на котором мы с тобой имеем честь говорить. Зная латынь, ты сможешь выучить легко и другие языки. Damnant, quod non intellegunt[12 - Осуждаю, потому что не понимаю (лат.).], – улыбнувшись, подстегнул Люций Леона.

– Ой, fick dish, der Wichser… – ругался на немецком Леон.

– Dixi et animam levavi[13 - Сказал – и облегчил душу (лат.).]. Хорошо, что мейстер этого не слышал.

– Спасибо за настойку, Люций. Зря я так… Слушай, тебя никто не донимает?

– Не-а! Больше нет.

Улыбнувшись, они рассмеялись и пустились в похабные шутки, столь классические для совсем ещё молодых юношей, спрятавшихся от чутких ушей мейстера.

Грохот «Сайги» вернул его в действительность: стеклянная бутылка из-под дешёвого пива лопнула с гулким и звонким хлопком, разорванная в клочья пулей калибра 7,62.

– Видал?! А?! – как ребёнок, вскрикнул от радости Люций.

– Да. Молодчина – есть прогресс, – слегка потерянно, всё ещё не придя в себя, выдавил Леон.

– Может, старикам и меня надо было учить философии меча? – улыбчиво спросил Люций в полушутку, но Леон от услышанного сразу стал мрачнее самой тёмной тучи: лицо его посерело, а взгляд вновь растворился где-то по ту сторону памяти.

– Нет. Не стоило, – сдержанно и безэмоционально ответил ему Леон.

– Прости. Мне нужно бы вспомнить, через что тебе пришлось пройти. Знаешь… Люди интересуются, не хочешь ли ты вернуться к делу?

– Вернуться? Люций, я на пенсии, если ты не заметил.

– Да, я понимаю, но как бы ты ни говорил, твоя форма всё ещё прекрасна. Пару дел провести, и вернёшься к старой форме. Даже лучше будет.

– Я сказал нет. Сколько бы мне ни предложили за работу, я не возьмусь.

– Хорошо, – не споря и даже с облегчением ответил Люций. – Ты же понимаешь, что вопрос не мною адресован?

– Конечно. Он принадлежит не тебе. Надеюсь, ты пришёл не ради этого.

– Нет! Конечно, нет, – искренне ответил Люций.

– Хорошо. Пускай сами приходят, если им что-то от меня нужно.

– Думаю, они не захотят так рисковать.

– Я на это надеюсь.

– Эх, пенсия-пенсия – золотое время. Ты хорошо устроился, друг мой: денег хватает на всё, что хочешь, хороший дом, досуг и красавица жена. Что ещё нужно для счастья, да?

– Счастье – сказка для тех, кто не видел жизни. В лучшем случае ты можешь рассчитывать только на покой.

– Мудрые слова.

– Настрелялся? – желая закрыть тему, прервал его Леон.

– Пожалуй. Уже темнеть начинает.