Обещания богов

Полное впечатление, что он расположился за столом переговоров.

Симон не слушал. В большом зале стоял шум, и голос Блоха терялся в общем гуле. Не прерывая лекции, тот чередовал сосиски и «Лёвенброй», едва переводя дух между словами и глотками.

Чистая потеря времени.

И все же этот разговор кое-что принес: если уж Блоху ничего не известно, значит никто не в курсе. Или преступление только-только произошло, или, как он сам полагал, гестапо замяло дело.

Симон отодвинул тарелку. Он проспал всего три часа, есть совсем не хотелось.

И уже спрашивал себя, как бы подсократить эту бесполезную встречу, когда сотрапезник резко окликнул его:

– Эй, кончай пялиться!

Окрик заставил Симона вздрогнуть. Пусть бессознательно, его взгляд наверняка был по-прежнему устремлен под юбки.

– В них наше единственное утешение.

– Сразу видно, что ты не женат.

Симон не ответил. Мориц, словно догадавшись о его разочаровании, достал блокнот:

– Хорошо. Как, говоришь, зовут ту тетку? Можешь продиктовать по буквам?

Краус послушно продиктовал.

– А ее мужа?

– Герман Поль, группенфюрер СС.

Блох присвистнул.

– Точняк политика.

– Ты выяснишь?

– Я же обещал, – заверил тот, пряча блокнот.

Симон опасался, что журналист закажет десерт, но тот посмотрел на часы: у него была назначена следующая встреча.

– Ладно, я угощаю, – подвел итог Блох, доставая из кармана розовую карточку, испещренную цифрами и пунктирными линиями.

– Это что?

Искренне удивленный, журналист поднял глаза:

– Ты бы вылезал почаще из своего кабинета, старина.

С двадцать седьмого августа всем выдают талоны на питание. Можешь получить свои семьсот граммов мяса и двести восемьдесят граммов сахара!

Не отвечая, Симон смотрел на розовый листок с заранее перфорированными купонами. Похоже на лотерейный билет или на медицинскую анкету.

– А я тебе что говорил? – выпятил грудь Мориц, помахивая талонами. – Война уже на пороге!

19

От Александерплац до отеля «Адлон» на Унтер-ден-Линден около трех километров.

Несмотря на жару, Симон решил пройтись пешком. Он будет там около трех – лучшее время для охоты на дамочек.

Недосып вогнал его в пасмурное настроение, и бесполезный обед дела не улучшил. Он зря отменил сегодняшние сеансы. Schei?e![55 - Здесь: Черт! (нем.)] Берлин сегодня казался ему тяжелым, чопорным, некрасивым. Вильгельм II взялся за строительство, не жалея сил, и, похоже, с прицелом на «нео».