Обещания богов

Отказавшись от позы «особой непринужденности», Симон облокотился на стол:

– А вы знаете… Ну, известно, кто это сделал?

Впервые на лице Франца Бивена мелькнула улыбка – гримаса, больше похожая на перекатывание шариков в подшипнике, чем на проявление какого-либо человеческого чувства. Он снял фуражку. Светлые волосы, подстриженные так коротко, что напоминали шкуру бычка, вызывали желание их погладить.

– Расследование только началось.

Симон окончательно протрезвел. Он с великим трудом пытался собраться с мыслями.

– Но… как она была убита?

– Повторяю, я ничего не могу сказать.

У него мелькнула мысль о преступлении по страсти. Маргарет не отличалась ни верностью, ни целомудрием, но ее муж, вечно пропадающий на каких-то учениях генерал, плевал на нее как на прошлогодний снег. Вот уж кто не годился на роль ревнивого рогоносца.

Новый любовник?

Бивен, перекинув ногу на ногу, теперь обводил насмешливым взглядом кабинет Симона, изысканную обстановку. Казалось, он наслаждался тем, что огорошил этого человечка в его ботинках «дерби» с перфорированными мысами.

– Маргарет Поль приходила к вам регулярно?

– Я вам уже сказал. В последнее время наши сеансы стали реже. Я видел ее пару недель назад.

– В чем заключалось лечение?

Симон мог сослаться на врачебную тайну, но это означало риск оказаться в подвалах дома 8 по Принц-Альбрехтштрассе.

– В словах, – уклончиво ответил он. – Она описывала мне свои тревоги, а я давал ей советы.

– И что это были за тревоги?

Симон достал очередную «Муратти». Прикурил, чтобы выиграть несколько секунд на размышление.

– Она страдала приступами беспокойства, – обронил он, нервно постукивая по краю пепельницы.

– Какого рода беспокойство?

В конце концов, там, где она сейчас, бояться ей нечего…

– Нацистский режим внушал ей страх.

– Странная мысль.

– Вы тоже так полагаете? Я в лепешку разбивался, повторяя ей это.

Замечание вырвалось само собой. Крупное тело, затянутое в черную ткань, внезапно напряглось, словно под мундиром застопорился какой-то механизм.

– Упоминала ли она отношения с мужем?

– Конечно.

– И что она об этом рассказывала?

Перед глазами Симона вновь вспыхнула картинка.