Мизерере

Долго ли он продержится при таком ритме? – подумал Касдан. Шорох бумаги и запах гашиша мешался с воем гудков и моторов. Он свернул на кольцевой бульвар в сторону Порт-де-Берси.

Русский снова провел языком по папиросной бумаге и объявил:

– Давайте играть в открытую. Вы нуждаетесь во мне. Я нуждаюсь в вас. В том, что касается детей, у меня есть опыт, которого нет у вас. И, скажем, вы обладаете авторитетом, которого у меня никогда не будет. В то же время оба мы действуем совершенно нелегально. Я надеюсь, что мы можем схватить подонка, но с тем же успехом, учитывая, как мало у нас возможностей, мы способны сесть в лужу.

– И что?

– Да ничего. В обоих случаях мы чему-то научимся друг у друга. Оба мы на стажировке.

Касдан открыл бардачок, держа руль одной рукой:

– Это тебе.

Зажав пальцами косяк, Волокин погрузил левую руку в бардачок. Он извлек оттуда «глок-19» – компактный, пятнадцатизарядный, из полимеров и стали. Касдан следил за выражением его лица. Оно не изменилось.

– А вы не перебарщиваете?

Касдан взвесил в руке свое оружие, девятимиллиметровый Р226-Пара марки «Зиг Зауэр», который утром взял из сейфа.

– Первое правило на стажировке – быть готовым к худшему.

Не выпуская косяка, Волокин засунул пушку за пояс, сперва проверив предохранитель. Потом невозмутимо закурил. Похоже, от ношения оружия ему не было ни жарко ни холодно.

– А другие правила? – спросил он, окутав себя облачком дыма.

– Всех, кроме детишек, допрашиваю я. Всегда. И представляюсь тоже я.

У меня в кармане старое удостоверение, еще способное пустить пыль в глаза. Пусть я рожей не вышел, чтобы допрашивать детишек, взрослых я еще могу держать в узде.

– Верю на слово.

– Чуть что не так, отвезу тебя обратно в твою богадельню. Ляпнешь что-нибудь невпопад, начнется ломка или еще какая хрень, тут же возвращаешься на исходные позиции, о'кей?

– Идет.

– О наркоте и говорить нечего.

– Я чист, Касдан.

– Все как один преступники, которых я встречал, были невиновны.

А все нарики чисты. Стоит мне только заподозрить, что ты взялся за старое, и ты прямиком отправишься в «Холодную индюшку». Но прежде я набью тебе морду. Capisci?[6 - Усек? (ив.)]

Волокин, улыбаясь, выплюнул дым:

– Как приятно чувствовать себя окруженным материнской заботой. А Верну?

– Верну я беру на себя.

Волокин слишком громко хихикнул. Сказывалось действие гашиша.

– Спорим, из нас двоих получится один сносный легавый?

У Касдана кружилась голова.