Империя Волков

Сюда принимали рядовых сотрудников и офицеров, если они не страдали никаким «хроническим психосоматическим недугом или алкогольной зависимостью». Приехав в Лонжер, Поль обнаружил, что «мирная гавань» с ее замкнутым пространством и постояльцами исключительно мужского пола – не более чем обычная тюрьма. Он подумал: «Все возвращается на круги своя».

Подойдя к главному зданию, Поль толкнул застекленную дверь. Очень темный квадратный вестибюль, лестница наверх с маленьким окошком из поцарапанного матового стекла.

Здесь было жарко и душно, как в виварии, воняло лекарствами и мочой.

Поль пошел налево, к двери с хлопающими створками, ориентируясь по запаху еды. Был полдень, и постояльцы, вероятно, обедали.

Стены в столовой были выкрашены в желтый цвет, пол застелен кроваво-красным линолеумом. На длинных столешницах из оцинкованного железа аккуратными рядами стояли тарелки и лежали приборы, в мисках дымился суп. Все было готово, но люди еще не пришли.

Шум доносился из соседней комнаты.

Поль пошел на звук, прилипая подошвами к грязному полу. Любой, кто попадал сюда, мгновенно поддавался царившему здесь ощущению, начинал стремительно стареть.

Поль переступил порог комнаты. Человек тридцать отставников в бесформенных спортивных костюмах застыли перед телевизором: «Пти Бонёр только что обошел Бартука…» По экрану скакали лошади.

Поль подошел ближе и тут заметил в соседней комнате сидевшего в одиночестве старика. Он вытянул шею, пытаясь разглядеть этого человека, терзавшего вилкой бифштекс.

Сомнений не было: сгорбившийся над тарелкой старик и есть тот человек, ради которого он приехал в Лонжер.

Цифер, он же Шухер.

Полицейский, произведший двести тридцать девять арестов.

Комментатор за спиной Поля бубнил: «Пти Бонёр, по-прежнему Пти Бонёр…» По сравнению с фотографиями, которые Поль видел в досье, Жан-Луи Шиффер постарел на двадцать лет.

Лицо его исхудало, утратив медальную четкость черт, морщинистая кожа стала серой и обвисла, как у ящерицы.

Глаза, когда-то ярко-голубые, едва проглядывали из-под тяжелых век. Знаменитые длинные волосы были пострижены ежиком, благородная серебряная грива превратилась в жестяную щетку.

Сильное тело было облачено в старый синий костюм, отложной воротник куртки падал на плечи двумя крыльями. Рядом с тарелкой Шиффера Поль заметил стопку купонов Парижской букмекерской конторы (ПБК). Гроза улиц Жан-Луи Шиффер стал букмекером кучки бывших регулировщиков.