Фантастические рассказы

– Аристарх Абрамович, – обиженно заговорила она, подходя ко мне, – вот вчерашний договор. Войтинский отказался его подписать.

– То есть как это отказался? – вскричал я, забирая у Мадлен бланк, – Мы с ним вчера все согласовали. Этого не может быть!

– Он возражает против восьмого пункта, вот этого, – холеный пальчик холеной секретарши указывал на одну из строчек договора.

– Почему? – я склонился над бланком.

– Он считает, что это лишнее. – Мадлен тоже наклонилась, тыча пальцем в текст.

– Черт! – проговорил я, – Набери мне его.

Мадлен потянулась к телефону…

…Только через полчаса нам удалось договориться и найти оптимальный вариант. Мадлен ушла, забрав исправленный договор. Я достал из кармана носовой платок и вытер взмокший лоб.

«Да, Войтинский, – подумал я, – Хитрая ж ты лиса! Даже не лиса, а скорее жук.»

Я глубоко вздохнул, откинулся назад, заложил руки за голову, зажмурил глаза и потянулся так, что захрустели шейные позвонки.

– Ты даже не лиса, а жук, – громко повторил я.

Внезапно, услышав тихое покашливание, я раскрыл глаза и взглянул на кресло. Незнакомец по-прежнему находился в нем, терпеливо дожидаясь завершения наших дебатов. Признаться, я совсем забыл о нем.

– Простите, – сказал ему я, – Мне пришлось отвлечься. Так о чем мы с вами говорили?

– Вот об этом, – молодой человек указал мне на определитель эмоций, по прежнему лежавший на столе.

– Ах, да! – вспомнил я, – так значит… Но постойте! – поглядев на индикатор я обнаружил, что он стал черным.

– Ясно, – незнакомец все понял, – видимо, сейчас у вас испортилось настроение и лист кажется вам черным. Не так ли?

– Да, эта история с договором меня действительно расстроила, – проговорил я с изумлением глядя на индикатор, – и он изменил цвет. Выходит вы говорили правду… Невероятно! Сколько вы за него хотите?

– Пя… нет, десять тысяч, – ответил незнакомец и глаза его заблестели.

– Хорошо, – ответил я доставая из сейфа пачку банкнот, – вот вам пять тысяч. Остальные получите после доставки футляра.

Когда посетитель ушел, я некоторое время сидел, глядя на это чудо современной техники. Лист оставался черным. Я попытался поднять свое настроение подумав о чем-нибудь приятном: о новой машине, о скором приезде Виктора, о вечернем ужине тет-а-тет с Мадлен. Цвет прибора не менялся. Настроение все еще было скверным.

«Какая же у меня натура, – усмехнувшись подумал я, – излишне впечатлительная. Для бизнесмена это вредно.