Жнец

Они терпеливо ждали, когда человек ослабнет, совершит ошибку, и душа будет готова к экстракции. Существовали силы, которые противостояли их замыслу, помогали людям закрываться от Смерти, но о них Жнецам было известно мало. Слуги Мортис просто делали свою работу, находясь в постоянном поиске брешей в обороне светимости человеческих существ. Остальное не должно было их заботить.

Когда совершалась жатва, и спелая душа отделялась от тела, Исток выражал удовлетворение и делился с Мортис частичкой полученной силы.

Слуги Мортис через служение, набравшие достаточно энергии осознания, призывались к Истоку, но не исчезали, а выполняли для него задачи иного, высшего порядка. Мортис показала Малху высшее свершение для жнеца, путь которому лежал через тысячи срезанных душ – грозные фигуры темных прелатов, стражей мертвого мира. Их могущество позволяло им уничтожить любое существо, независимо от структуры его тела, даже жнеца.

Энергетическое тело Малха покрылось рябью и затрепетало, как крылья испуганной птицы. Он осознал каким великим силам ему теперь предстоит служить.

Глава 3.

Первой возвращенной была женщина.

Сколько прошло времени с тех пор как он умер, Малх не знал, восприятие времени изменилось – там, где он обитал после смерти, его не было. Его окружала лесистая местность, на полянах белые пятна снега, очевидно, он далеко от родного Средиземноморья.

Он помнил, как она родилась. Душная и тесная хижина; из мебели только грубо сколоченный стул и лежанка, покрытая сеном.

Повитуха с красным, взмокшим от пота лицом, обмакивала ветошь в тазу с горячей водой и пыталась успокоить, кричащую от боли роженицу.

Малх мог забрать мать: боль от схваток могла в любой момент остановить сердце. Она была близка, но всё же её просвет был стиснут, а значит время не пришло. Роды прошли успешно, пуповину обрезали, и комок жизни тут же запеленали.

Девочка.

Малх знал, как её зовут, но это не имело никакого значения.

Ребенок рос и креп, осваиваясь в новом мире. Тянулись дни и ночи: режутся зубы, она начинает ползать, а потом ходить и разговаривать. Малху спешить некуда, впереди вечность. Мать ни отходит от неё, кормит грудью, нежным голосом поёт колыбельные на неведомом языке. Иногда приходит коренастый, похожий на медведя мужчина – отец. Когда он видит дочурку, его взгляд наполняется нежностью.